Ведомство стремилось, чтобы в потоке разнородной информации затерялась и та, за которой стоят сами Элено и Ри. Скоро люди перестанут ориентироваться среди большого числа разных версий. Их перекормят Элено Хартом и Ресс Севан, и все вздохнут с облегчением, когда их лица и имена, наконец, исчезнут из медиа-новостей.
Поздней ночью Элено и Ри еще не ложились спать. Последние дни им хотелось как можно больше времени проводить друг с другом. В больших окнах их апартаментов блестело море городских огней. Ри тихо настукивала что-то на клавиатуре ручного порта. Ее лицо без косметики казалось серым.
— Устала, Ри? — заботливо спросил Элено. — Что ты пишешь?
Ри подняла голову от экрана:
— Так, вздор какой-то… Если хочешь, прочитай, это не секрет. Но правда вздор: я никогда не писала стихов, не знаю, что вдруг на меня нашло.
Взяв экран в руки, Элено увидел столбик коротких строк:
Наши пути — мрак,
Наши пути — ночь.
Всё так,
что не помочь.
Наша звезда — там,
Наша беда — здесь.
И горе нам,
что мы есть.
Наши победы — ложь,
Наши надежды — пыль,
Ждали плода, и что ж?
Гниль!
Наши мечты — дым,
Наши мечты — яд,
Не обращу к ним
взгляд.
Ну а вокруг не счесть
Наших врагов — тьмы,
И горе нам, что есть
мы.
Элено прочитал и поднял взгляд от экрана. Ри вымученно улыбнулась.
— С одной стороны, не возразишь, — Элено печально усмехнулся краем рта. — С другой стороны, я люблю тебя, Ри. Это важнее отчаяния. Хотя на отчаяние мы тоже имеем право…
Утром выходного дня в просторной и пустой комнате Йанти пахло растворимым кофе и яичницей из искусственного порошка. Неска в клетчатой рубашке Йанти, которая была ей велика, закатав рукава, отдернула пыльные занавески и возилась на кухне. Окно было не слишком чистым, но выходило на восток и блестело в лучах солнца. Неска прошлась по комнате с пластиковым мешком для мусора, собирая урожай пустых банок: вчера заходили дядя Омшо и Хенко, допоздна разговаривали и пили пиво, а потом Неска осталась ночевать у Йанти. Ее штаны из черного кожзаменителя и выцветшая футболка небрежно висели на спинке единственного стула в углу.
Неска разлила кофе по чашкам. Йанти сидел на продавленном диване и читал книжку в цветной обложке. Неска поделила яичницу и поставила рядом с Йанти его тарелку. Йанти отложил книгу.
— Осталось двадцать страниц, — заметил он, приступая к яичнице.
— Только ты можешь считать, сколько страниц осталось до конца книги, — поддразнила Неска.
— Просто я всегда люблю знать, где финишная черта, раз уж я взялся, — добродушно ответил Йанти.
— Ну, ладно, ладно, — Неска осторожно отхлебнула горячий кофе. — Тебе нравится?
— Угу… — сказал Йанти, одновременно откусывая сосиску. — Хорошо пишут. Клятые ивельты нам всю вечеринку испортили. Сейчас, может, у нас тоже была бы жизнь, как у тех ребят из "Сердца мира". Умели бы молнии призывать, открывали бы новые земли…
— Может, еще продолжение будет, — понадеялась Неска. — Элено Харт по ящику говорил.
Она собрала тарелки и чашки, чтобы отнести на кухню. Когда Неска вышла из комнаты, Йанти, наставив пульт на телевизор, начал переключать каналы.
Неска вернулась:
— Лучше включи музыкальный…
Но Йанти сидел с пультом в руке, со злым, хмурым лицом.
— Сейчас в новостях передавали, — он посмотрел на Неску. — Их арестовало Ведомство. Элено Харта и Ресс Севан, — и выругался сквозь зубы.
Канцлер Стейр стоял в кабинете напротив стенного экрана. На экране — конференц-зал дорогого отеля, Ресс Севан. Ее лицо было резче, индивидуальней, чем позволяла абстрактная красота ивельтских лиц. Рядом с ней — худой элегантный красавец средних лет: улыбается открыто, глаза блестят. Элено Харт. Он дергает плечом, когда тема разговора вызывает саркастическую реакцию. Тонкий свитер в обтяжку и свободный пиджак — это очень идет ему, держится он раскованно. Стейр поставил экран на паузу, изображение остановилось, Элено Харт замолчал на полуслове.
За спиной канцлера эти двое сносились с миром зла! Стейр быстро обернулся. Ри ввели в кабинет. Ее руки были закованы в тонкие серебристые наручники. Обладая той же психической и физической силой, что и другие ивельты, Ри в случае внезапной вспышки агрессии могла стать серьезной проблемой. Когда привели Элено, на нем был только ошейник-контролер.
— Сюда, — Стейр указал Ри на кожаное кресло.
Ри села. Элено остался стоять у дверей под присмотром двоих сопровождающих.
— Ну, что, Ри? — не обращая внимания на человека, живо спросил Стейр. — Я приказал привести вас ко мне, чтобы сделать тебе приятное. Решил тебе немножко подыграть. Вы с Элено Хартом подражаете моему имиджевому мифу? Помните, как после ареста меня привели к тогдашнему канцлеру… главному врагу человечества?
Ри подняла взгляд.
— Спасибо, канцлер. Вы очень хорошо исполняете его роль.
Стейр подавил раздражение и холодно произнес:
— Эта идея уже использована. В сознании людей она прочно связана с моей личностью. Я уже победил зло и сделал жизнь людей счастливой. Героев больше не может быть, только психопаты или авантюристы. Кто из них вы?
