Из-за угла выстрелы. Пули высекают искры из стен, один боец падает. Штурмовики отвечают гранатами — бросили сразу две, в скафандрах включаются глушители внешних шумов; едкий дым от краски со стен.
Отряд прорывается через перегородку.
Перед собой — светошумовые гранаты.
Навстречу полыхнули огоньки очередей и тут же погасли, задавленные ответным огнём.
— Людей не заденьте!.. — забывшись, заорал Кирилл, но его поняли правильно — людьми сейчас были заложники, всё остальное превратилось в препятствия, которые необходимо было как можно быстрее нейтрализовать.
Навстречу Кириллу поднялась темная фигура, тыча в его сторону — оружием?.. — он, не задумываясь, полоснул короткой, на три пули, очередью и отбросил бездыханное тело с дороги ногой.
Из-за мебели, из дверных проёмов застучали автоматы, и их пришлось гасить слаженным огнём, укрываясь в свою очередь за разгромленной мебелью и сломанными перегородками.
И внезапно всё закончилось. Случись подобное на Земле, пришлось возиться в два раза дольше, а здесь у террористов просто отказало оружие — при отсутствии атмосферы отказался гореть порох в боеприпасах, многих контузило взрывами или ударом инфразвука и они подняли руки. Научный персонал захваченной станции оказался на месте. Люди были контужены, задыхались без воздуха, поэтому пришлось срочно искать дыхательные маски, одевать их на освобожденных… До прибытия отряда спасателей работы хватило да и потом пришлось помогать им лепить заплатку на купол, вывозить пострадавших в зал, оказывать первую помощь. Террористов связали попарно обрывками каких-то кабелей и оставили отдыхать под стеночкой.
Впрочем, вскоре на месте операции нарисовалась независимая пресса, и отряд быстренько вывезли на орбиту, а оттуда уже на Землю.
Чувствовали они себя отвратительно. Не было ощущения победы, мешало что-то чувствовать удовлетворение от честно выполненной работы, от которой у Димы Щербакова и Гели Чхотуа остались синяки — они получили одну автоматную очередь на двоих и скафандры, слава Богу, не подвели, а Паша Огарь, во время зачистки второго этажа неудачно прыгнул, сломав ногу. Пришлось его оставить в госпитале техцентра, под честное слово врачей выпустить как можно раньше.
Почти всю дорогу обратно молчали. На Чкаловский их доставили уже не военным транспортом, а гражданским орбитальным самолетом, не так быстро, но гораздо комфортнее, с аэродрома привезли на учебно-тренировочную базу отряда в подмосковном городке. Встречающих было — водитель автобуса, да сопровождающий, Белоусов прилетел на Землю намного раньше и сейчас, видимо, отчитывался перед начальством. Отдувался за их художества — подумалось Кириллу.
Он появился на следующий день, когда бойцы группы успели попариться в бане, выспаться и коротали время кто как мог. Впрочем, каждый из них нет-нет да поглядывал на ворота базы, и с каждой минутой нарастало напряжение — ну что там уже?.. Скорее бы…
Их собрали в красном уголке, заставленном школьными скамьями и увешанном всяческими плакатами, инструкциями, фотоотчетами и так далее, и так далее — кто был, тот знает. Через некоторое время вошел Белоусов.
Он явно имел не самый приятный разговор с начальством, но чтобы вывести из себя старого волка, надо было постараться: даже генерал Белоусов, частенько лично наблюдавший тренировки своих подопечных, не ожидал от них столь лихо выполненного огневого налёта. Сложную, невозможную ситуацию вытянули, и не будь у двоих учёных из персонала исследовательского центра липового заключения медицинской комиссии — можно было просить ордена ребятам. Но и то, что получилось, ясно показало устроителям столь некрасивых акций: и добра в стране хватает, и кулаки, чтобы добро отстоять, найдутся.
Понимало это и начальство генерала, но у него, начальства, своя логика, согласно которой деньги и время, вложенные в подготовку космических богатырей должны были окупиться, в качестве дивидендов принеся целых и невредимых заложников. Да сколько можно — горячился в ответ на это генерал, не имея привычки давать своих в обиду и ломать осанку перед всякой штабной нечистью — говорим и показываем: не шутите шутки с Внеземельем. Есть сомнения в собственном здоровье — марш на грунт, найдётся и там работёнка для космонавта. Сидят до последнего, ещё и справки подделывают в погоне за длинным рублём.
Ты это брось, — отвечало начальство, — наше дело защищать граждан Российской Федерации без различия — годны они там к работе в условиях космоса или нет. Проштрафился — неси ответственность.
И так далее и тому подобное. С окончанием неприятного разговора, когда действия отряда всё же были признаны удовлетворительными, возникло у Сергея Николаевича внятное ощущение, что никак он не отправится на пенсию генерал-лейтенантом. Не тот характер, чтобы хоть раз сказать для карьеры полезное, а не для дела. Впрочем, ощущение возникло и исчезло, а генерал-майор Белоусов направился к своим орёликам в Подмосковный Чкаловск.
— Ну что, — вместо приветствия спросил генерал, переводя взгляд с одного хмурого лица на другое, — помахали шашками, казаки?
