По простоте душевной Натали как-то решила сделать мне приятное. Утром, пока я спал, она наговорила на телефонный диктофон фразы, казавшиеся ей остроумными и вместе с тем хорошо передающими истинные чувства, и поставила запись на свой вызов. Сюрприз удался. О нем я узнал уже ближе к вечеру, когда в присутствии Шакалова, Танка, Давида и еще парочки головорезов мой телефон вдруг ее воспроизвел. Вызов я принял, но слова Натали пропустил мимо ушей. Я тогда мог думать только об одном: как бы было кстати провалиться сквозь землю. Того же мне захотелось и сейчас.
– Это моя… девушка.
– Да поняли, что не парень. Хотя нынче такие парни попадаются, что от баб не отличишь.
– Надо бы ответить…
– Нет, нельзя! Сюда давай! – Она выхватила из моей руки телефон и отключила его. – Что за молодые пошли – одни недотепы!
– Поаккуратнее можно?
– Ой-ой-ой, цацку у ребенка отобрали. Расплачься еще, дитятко.
Достав из бардачка торпеды коробку, с трудом туда помещающуюся, Инга положила в нее телефон и вновь запихнула обратно.
– Чего вредная такая? Наверное, из-за нехватки мужского внимания?
– А что, хочешь выручить? – Ко мне снова обернулось ее личико, но уже пытающееся изображать доброжелательность. – Так давай, я с радостью. Ты вон какой красавчик, у меня аж слюнки текут. Давай возьми меня. Я прямо здесь готова. – Зажмурив левый глаз, она облизнула губы и, вытянув их в трубочку, застонала.
Водитель не сдержал вырывающийся смех, и красноволосая бестия тоже, а я лишь нервно ухмыльнулся. Хрипун оставался равнодушен, разве что глаза немного выдавали его отвращение к происходящему. Но после того, как Инга снова выставила губы и принялась чмокать ими не переставая, отвращение достигло своего апогея.
– Инга, хватит! Ведешь себя, как девка бордельная!
Подействовало. Инга отвернулась, а водитель перестал посмеиваться.
– Уважаемый, может, представитесь? – обратился я к хрипуну. – Я понимаю, вы мне не доверяете, но…
– Отнюдь. Вы же теперь один из нас, и мы вам всецело доверяем. Захаров я, Игорь Станиславович, но все зовут меня Полковник.
– Полковник? Я так и думал.
– В смысле?
– Да не важно… – вглядываясь в его лицо, задумчиво протянул я. И тут меня будто осенило. – Ну конечно, полковник Захаров! Года три назад о вас все телевизионные каналы гудели. Дело об исчезновении нескольких ящиков гранат, патронов и около сотни единиц стрелкового оружия. Все это добро умыкнули с военного склада, находившегося под вашим управлением.
– Ах, вы об этом…
– И, разумеется, козлом отпущения стали именно вы. А СМИ, как известно, только дай порвать. Они вам и торговлю оружием приписали, и сотрудничество с мафией, и даже причастность к мировому терроризму. Если не ошибаюсь, они вас «оружейным бароном» окрестили.
– Было дело.
– Но им и этого показалось мало. Рейтинги, знаете ли. Народу свежая стряпня для мозга, СМИ – прибыль, а вам очередная порция черного пиара, от которой вам уже ни холодно ни жарко, ведь все равно пожизненное светит. А так хоть зомби-зрители порадуются, что оборотня в погонах изловили, да еще и вон какого знатного. Обвинения градом посыпались на вашу голову, причем самой разнообразной масти. От продажи родины и агентурной подработки на ЦРУ до участия в наркотрафике и распространении афганского героина на московских улицах.
– Да уж, прославился на старости лет.
– С такой славой вам бы куда-нибудь за бугор умотать, а не разъезжать по стране, как ни в чем не бывало.
– Организация в вас не ошиблась, молодой человек. Помимо острого ума, вы, похоже, обладаете и феноменальной памятью.
– Может, разочарую, но моя память самая что ни на есть обыкновенная. А порой бывает и ниже среднего. Значительно ниже. Некоторые моменты своей жизни до сих пор вспомнить не могу…
Этот человек вызывал противоречивые чувства. С одной стороны, я испытывал к нему уважение, с другой – меня просто бесила его чрезмерная обходительность и невозмутимость.
– Мой зять тогда еще журналистом был и как раз писал о вашей истории. Все уши прожужжал, что подставили вас, крайним сделали. Вот я и запомнил. Уж поверьте, если бы вы его знали, то тоже запомнили бы. Причем надолго.
– Мы и так о нем знаем все, что нам надо знать. Ваш зять неплохой человек, но сферу деятельности выбрал себе неподходящую.
– Почему это?
– Вы же только что сами говорили о том, какие СМИ лживые и подлые…
– Да, но, как и везде, там тоже есть нормальные люди.
– Нет, только не там. Журналисты освещают и подают события так, как скажет им их хозяин. Или позволит. Чтобы удержаться на своих местах, получать хорошие деньги и становиться знаменитыми, они должны уметь изворачиваться, бессовестно врать и втаптывать в грязь тех, на кого укажет палец хозяина.
– Не соглашусь. Кирилл же не такой, а главным редактором все-таки стал.
– Если порядочного человека ставят на такой пост, значит, он не такой уж и порядочный. Либо же его просто используют для каких-то грязных целей. – Полковник протянул мне правую руку и разжал кулак. На ладони лежали две конфеты. – Карамельку будете?
– Нет. Какие еще грязные цели? О чем вы?
Он отдал конфеты Инге, а та поделилась с водителем.
