- Пойдём спать, - мужественно сказала Анжелика. – Я, например, очень устала с дороги.
Она поднялась уже на первую ступеньку, когда хлопнула входная дверь, и в прихожую вошёл Аугусту. Увидев жену и свояченицу, он мысленно перекрестился, потому что сегодня не собирался ночевать дома, но что-то его будто подтолкнуло.
Он бросился к Анжелике, подхватил её на руки и закружил по комнате.
- Радость моя приехала! – приговаривал он. – Приехала моя радость!
Анжелика искоса бросила на сестру торжествующий взгляд и покрепче прижалась к мужу.
Антенор запрятал все свои обиды как можно глубже. Если у него и были счёты с Гумерсинду, то они возникли не вче¬ра, не из-за пришлого итальянца Матео, они возникли давным-давно, и причиной их была красавица Нана. В тот день, когда она осталась с хозяином, Антенор плакал кровавыми слезами, но никто не видел этих слёз. Второй раз Антенор едва не плакал, когда Нана, беременная, ушла с фазенды. Он не подошёл к ней и не простился, поскольку знал, все негры помнят, что в прошлом он был охотничьей собакой хозяина, и не прощают его. Так о чём ему было жалеть, уходя теперь с фазенды? О той дурной памяти, которую он по себе оставлял? Но совесть его была чиста, он никогда не действовал из личной злобы или ненависти. Жесток был не он, жестокими были законы, а он только исполнял их. Честно говоря, прожитое в целом было ему неинтересно, оно осталось в прошлом, а что толку копаться в нём? Антенор готов был жить дальше.
Он приехал в Сан-Паулу уже к вечеру и сразу же отправил¬ся разыскивать Дамиао, что не составило большого труда. Чёр¬ный кучер не слишком обрадовался старому знакомому, память о телесных наказаниях, которые собственноручно осуществлял Антенор, ещё не изгладилась из его памяти. Но гость говорил чрезвычайно кротко и даже любезно. Насколько может быть любезен бывший надсмотрщик. Он просил дать ему адрес Наны, сестры Дамиао. А тот сразу же смекнул, что Гумерсинду пустил ишейку по следу и хочет отобрать у бедняжки сына. Сгоряча она пообещала, прислать сына воспитываться на фазенду. Но когда родился мальчик, разумеется, и не подумала так посту¬пить, напротив, затаилась, боясь, как бы Гумерсинду не начал её разыскивать.
- Я понятия не имею, куда подевалась моя сестра Нана, - с печалью сказал Дамиао. - Если ты сумеешь отыскать её, сообщи её адрес и мне, я соскучился по своей сестре.
Антенор пристально посмотрел на негра.
- Не вкручивай мне шарики, старина, - произнёс он, и привычные грозные нотки зазвучали у него в голосе. – Ещё ни одному негру не удавалось меня обмануть, и ты первым не будешь. Обман я чувствую на расстоянии.
Но Дамиао упорно стоял на своём, и Антенор понял, что ничего от него не добьётся.
- Чего ты боишься? – спросил он. – Что я выдам Нану хозяину? Нет, дорогой, если бы хозяин вздумал к ней сейчас прикоснуться, я бы убил его! – Лицо Антенора подтверждало, что он не шутит. – И потом, сеньор Гумерсинду выставил меня пинком под зад, так что я не знаю, когда мы с ним теперь увидимся. Я хотел бы повидать твою сестру, потому что давно люблю её и намерен всерьёз с ней поговорить. Расскажи мне, где она живёт, и я готов отправиться к ней хоть на край света.
- Говорю тебе, что я не знаю её адреса, - стоял по-прежнему на своём Дамиао, но голос его смягчился. Видишь ли, я тоже её ищу. И если ты наведаешься ко мне через неделю или две, кто знает, может, мои поиски дадут какие-нибудь результаты.
Антенору пришлось пока удовольствоваться этим неопределённым обещанием. Для него это было маловато. Но с другой стороны, он понял, что сумел всё-таки сдвинуть Дамиао с мёртвой точки, сумел убедить его хотя бы в том, что он не враг Наны.
Проводив Антенора за ворота, Дамиао стал думать, когда он сможет выкроить время и съездить к Нане, чтобы рас¬сказать ей об Антеноре. Думал, думал и ничего придумать не мог.
Выходило, что нужно отпрашиваться у сеньора Фран¬ческо, а такого Дамиао и представить себе не мог. Он при¬вык быть всегда под рукой у хозяина. И его верность и преданность вошли в поговорку в доме Мальяно.
Жулиана, едва взглянув на круглое чёрное лицо их слав¬ного кучера, сразу поняла, что он чем-то озабочен, и не потратила много времени, чтобы узнать, чем именно. Её Дамиао не боялся, доверял ей, и время от времени пускался даже в откровенность. Вот и теперь он всё рассказал ей как на духу.
- Ты поедешь со мной по моим делам, - решила Жулиана. – У меня этих дел будет очень много, я займу тебя на весь день.
Дамиао просиял. Замечательно! Он всегда считал, что после сеньора Франческо лучший человек в доме – Жулиана! Какой замечательный выход она придумала!
- О поездке вы не пожалеете, дона Жулиаиа, места там очень красивые, это совсем недалеко. И потом, вы познако¬митесь с моей сестрой…
- Конечно, конечно, - улыбнулась Жулиана.
Выехали они на другой день, и не слишком рано, но как только добрались до центра, обнаружили, что ехать просто невозможно. Все улицы были запружены народом, люди сби-вались в кучки, выкрикивали оскорбления. Жулиана разо¬брала, что горожане ругают итальянцев.
