- Прости меня за всё. Я очень виноват перед тобой, - растроганно произнёс Амадео. – Спасибо, что не оставляешь в беде Ортенсию. Может, ты вернёшься на стройку и поможешь ей там? Она же совсем ничего не смыслит в строительстве.
- то же самое ты говорил и обо мне, - напомнил ему Матео.
- Перестань! Я же попросил у тебя прощения. Возвращайся! Пожалуйста! Ещё неизвестно, когда состоится суд и чем он закончится…
- Маурясиу твёрдо уверен, что добьётся оправдательного решения суда.
- Ну, дай-то Бог!
Так Матео вновь получил работу на стройке.
А потом состоялся суд, который полностью оправдал Амадео, и всё вернулось на круги своя. Матео не гнушался никакой тяжёлой работой, но быть в подчинении у Амадео и выслушивать его раздражённые замечания он не мог - гордость не позволяла!
Поэтому, он, однажды распрощался со стройкой и вновь оказался в числе безработных.
Открыв сыну всю правду о своей любовной связи с кучером, Жанет не стала таиться и перед слугами. Утром она спокойно вышла к завтраку и, не увидев за столом Марко Антонио, велела Луизе позвать Жозуэ.
Тем временем другая служанка доложила ей, что Марко Антонио рано уехал из дома, отказавшись от завтрака, а также от слуг кучера.
Жанет это известие нисколько не огорчило. Заговорщически взглянув на вошедшего кучера, она произнесла торжественно:
- Сеньор Жозуэ, садись рядом со мной, мы будем завтракать!
- Но, мадам… - замялся он, не решаясь занять, то самое кресло, в котором прежде восседал Франческо Мальяно.
- Садись, дорогой, нам больше незачем притворяться!
Кучер не без удовольствия расположился в кресле Франческо, а Луиза и Антония застыли посреди столовой как порализованные.
- Ну, чего стоите, рты разинули? - грубовато обратилась к ним Жанет. - Обслуживайте сеньора Жозуэ!
После завтрака Луиза, осмелев, спросила госпожу:
- Прикажете подготовить комнату для сеньора Жозуэ?
- Нет, он будет оставаться в своей прежней комнате, пока мы отсюда не уедем.
Жанет проявила такую осторожность, опасаясь бурной реакции Марко Антонио, который вчера в порыве гнева уже грозился убить Жозуэ. Чтобы не провоцировать его на новые вспышки агрессии, Жанет вообще решила как можно скорее уехать из особняка вместе с Жозуэ. Но денег, вырученных от сделки с Франческо, оказалось недостаточно для того, чтобы купить новый дом, и она в итоге согласилась переселиться в тот дом, что предназначался для Марко Антонио и Жулианы.
Перемены, произошедшие с Жанет, были столь разительными, что даже её эстетические вкусы кардинально изменились: теперь ей претила роскошь, она считала дурным тоном покупать дорогую мебель и, обставляя своё новое жилище, выбирала для него скромные простые вещи – точно так же, как недавно это делала Мария, жена Гумерсинду.
Жозуэ ни в чём не перечил Жанет, и было непонятно, разделяет ли он её вкусы или попросту проявляет равнодушие, вынашивая какие-то иные планы на будущее. Жанет это немного беспокоило, и однажды она прямо спросила его:
- Ты и в самом деле намерен жить со мной?
- А зачем бы я добивался тебя? - ответил он весьма уклончиво, нисколько не развеяв опасений Жанет.
- Я не знаю зачем! Ты никогда этого не говорил. И вообще, ты никогда не рассказываешь о себе. Почему? Я ведь даже не знаю, кто ты и откуда, есть ли у тебя семья.
- А зачем же ты взяла меня на работу? Надо было прежде навести справки обо мне.
- Я не сделала этого, потому что ты понравился мне с первой же минуты!
- То же случилось и со мной: я влюбился в тебя с первого взгляда!
- Значит, ты меня всё-таки любишь? Это у тебя не случайно вырвалось?
- Ну конечно, моя дорогая! Поверь, я и сам не предполагал, что смогу так влюбиться!
В тот раз Жанет удалось спровоцировать Жозуэ на признание в любви, но подробности его биографии так и остались для неё загадкой, которую она, впрочем, и не слишком-то стремилась разгадать.
Правда, она не однажды говорила: «Ты совсем не похож на кучера», но это вызывало в ней лишь умиление и восторг, а вовсе не какие-то подозрения. Жозуэ представлялся ей негаданным подарком судьбы, и она дорожила им, предаваясь своему сч астью без оглядки на прошлое и без опасений за будущее.
Марко Антонио тоже видел, что Жозуэ мало похож на кучера. И даже как-то сказал отцу:
- Этот тип явно себе на уме! Для кучера он слишком хорошо воспитан и образован. И гардероб у него отнюдь не для конюшни! Я не удивлюсь, если вскоре выяснится, что мадам Жанет Мальяно попала в сети проходимца!
Франческо не предал серьёзного значения пессимистическим прогнозам сына. Он полагал, что самое худшее с Жанет уже случилось.
- Твоя мать снюхалась с кучером! У которого ни кола ни двора! Теперь он будет проматывать её деньги, только и всего.
- Ты считаешь, этого мало? - возмутился Марко Антонио.
- Я считаю, что ниже падать уже некуда. Но это её деньги, и она вправе распоряжаться ими как угодно. Захотелось ей купить молодого любовника – пожалуйста! Было бы гораздо хуже, если бы мы своевременно не выделили ей часть имущества и этот альфонс заодно разбазарил бы и твой капитал.
