Он свернул на узкую тропинку, ведущую к небольшой возвышенности. Отсюда открывался хороший обзор на дачный посёлок. Ровные ряды теплиц, залитые солнцем, ухоженные грядки и ленивое бормотание радиоприёмников из открытых окон.
— Да-да, расскажи это орбитальной станции федерации ста планет. Ведь это именно ты её перегрузил, из-за чего там погибло сколько живых существ? — вставила язвительное замечание девушка.
Ормут решил проигнорировать этот выпад, и просто продолжить собственную мысль, полностью пропуская мимо ушей её колкости. — К тому же, эта история... она плохо пахнет. Слишком много белых пятен. Как прототип оказался тут, на этой захудалой планетке, которая не принадлежит пузырю? Как прототип вообще попал в руки к Харперам? Насколько я помню, кузницы защищены не хуже бастионов. Тем более внешняя. А тут эти падальщики…
— Ладно, об этом подумаем как выполним приказ, верно, мой дорогой? Твои же слова. — перевела тему девушка, ощущая, как она снова закипает. — Мы могли бы склонить самку к работе с нами. Она более уязвима. Да и и их службы уже засветились рядом с её родственником — это наша возможность.
— Ты хочешь сказать — шантажировать?
— Я хочу сказать — использовать слабое звено. Если она даст трещину, мы сможем получить влияния на всю их группу.
Несколько мгновений в передатчике повисла тишина, прерываемая только лёгким дыханием ветра. Ормут задумчиво смотрел вниз - у старой калитки стояла пожилая пара, мило друг с другом воркующая. Рядом, в огороде, мужчина в рабочей рубашке копался в земле, время от времени вытирая пот со лба.
— Яс’са... иногда и твою голову посещают мудрые мысли. И да, запомни, они называют себя не самки, а женщины. Разве тебе её не жаль?
— Иди ты в задницу! Жалость - для тех, кто живёт в грёзах созвездий, Ормут. Мы живём в приказах и в жестком своде правил, сам же знаешь это лучше меня.
Мужчина неосознанно сжал зубы. Он знал, что она права. По-своему. В своей прямолинейной, беспощадной логике. Но он тоже был прав. Кузнецы не были мясниками, не были и безжалостными убийцами, как и не были манипуляторами. Но ради Ордена…
— Хорошо. Следим за девушкой. Без резких движений. Никаких вмешательств прямо сейчас. Буду ждать тебя недалеко от места отбытия.
Он уже хотел отключиться, как вдруг в передатчике снова послышался голос Яс’сы, спокойный, почти безэмоциональный, но от того тревожный.
— Ормут, забыла сказать, я вообще с тобой связывалась, чтобы сообщить, Харперы зашевелились.
— Ты это серьёзно?! — он остановился, сердце кольнуло холодом. — Ты знала это и молчала?!
— Прости, вылетело из головы. Но, кажется, у нас меньше времени, чем мы думали. План нужно будет пересмотреть. И очень быстро.
— Иду к тебе, давай оперативно.
— Ясно. Хотя, знаешь... иногда я мечтаю, чтобы всё это просто закончилось взрывом. Простым. Ярким. И чтобы мы снова стали теми, кем были всё это время.
Ормут не ответил. Он просто ускорил шаг.
***
Ночное небо над дачей было удивительно чистым. Мириады звёзд высыпали на тёмный купол, словно кто-то смахнул пыль с великанского стеклянного шара. Воздух был прохладен, но не кусался - он обволакивал кожу, словно тонкий тёплый платок. Легкий запах влажной травы и цветущих деревьев мешался с дымком костра, который отец развёл перед ужином, чтобы “отпугнуть комаров и заодно приготовить картошку по-походному”.
Рита сидела на деревянном крыльце, завернувшись в тёплую фланелевую рубашку отца. Её взгляд был прикован к небесам. В последнее время она всё чаще ловила себя на мысли: а что там, за этой чёрной пеленой? Не метафорически а буквально. Где-то там, среди этих безмолвных огоньков, кто-то, возможно, тоже сейчас смотрит вниз, на маленькую пульсирующую точку по имени Земля.
— "С ума сойти… неужели это передалось от Алекса?" — подумала она и чуть улыбнулась, вспомнив, как он, глядя в ночное небо, мог часами рассуждать о других цивилизациях, о “возможности первого контакта”, о звёздных дорогах. Её друг, или уже любимый? Грезил космосом и кажется, эти грёзы начали касаться и её.
— Риточка, как тебе ужин? — раздался позади знакомый голос матери, и Марина Львовна, обняв руками кружку с чаем, опустилась рядом.
— Очень вкусно, мам… — девушка мягко улыбнулась, — Жаль, что мы так редко собираемся всей семьей. Я хотела бы, чтобы ты познакомилась с Алексом. Думаю, он бы вам понравился.
— Думаю, понравился бы. — тепло кивнула женщина, на секунду отведя взгляд к звёздам. — Он ведь… хороший?
— Не просто хороший. — тихо проговорила Рита. — Он... настоящий. Искренний. Даже когда не знает, что делать - он делает. Просто потому что может.
Марина Львовна мягко похлопала дочку по спине.
— Тогда тебе стоит помнить. Ты тоже настоящая. — она наклонилась ближе, заглядывая в глаза дочери. — Не забывай об этом. Никогда. Ладно? А теперь иди отдыхать. Завтра всё решишь. Сегодня просто дыши. Дела подождут.
— Но я не... — попыталась было возразить Рита, но мать лишь усмехнулась:
