Рей исчезла, а я отправилась к Рисе, которая уже успела отзвониться в оперативный отдел. Мои слова о бесполезности попыток скрыть происшествие и осознание случившегося расстроили ее до слез. Попытавшись кое-как успокоить одноклассницу я, к собственному удивлению, добилась успеха, и даже мое предложение продолжить отношения не вызвало резкой неприязни. Видимо мы с Рей были правы, и на девочку давят последствия неконтролируемого выброса и подсознание, которое шепчет, что все правильно. Чтож, силы воли у нее хоть отбавляй и если я ей действительно неприятна, то никакой приворот и подсознание не заставят ее принять мое предложение. Перекусить я не успела — за нами приехали. Рису по приезду отправили к жрецам, а меня сразу к директору. Как ни серьезен был момент, настроение неуклонно поднималось и пока я шла к кабинету начальства на лицо нет-нет, да и выползала довольная улыбка. У приемной встретила Игната.
— Здравствуйте, Александра. Смотрю вы сегодня в хорошем настроении.
— Здравствуйте, Игнат. Да, есть такое. Хороший секс снимает стресс и прочищает мозг. — ляпнула я.
— Вы же говорили, что к мужчинам равнодушны. — пробормотал парень.
— Но ведь на мужчинах люди не заканчиваются, верно же? — пожала я плечами и вошла в приемную. За спиной послышалось: «хвала Свету, я больше не ее куратор».
Через две минуты меня вызвали в кабинет.
— Здравствуйте, господин директор. — привычно слегка поклонилась я, усилием воли прогоняя веселье. — Чем обязана?
— Здравствуйте, Александра. Хотелось бы услышать о произошедшем вчера.
— Вас интересует весь день, или что-то конкретное.
— Промежуток времени от получаса до того, как вашей подруге стало плохо, и до того момента, как к вам приехали наши специалисты. Только я хотел бы услышать не краткий доклад из сухих фактов, а полный рассказ с вашим мнением по поводу случившегося.
— Вы разрешите опустить некоторые подробности? Интимные.
— Хорошо.
— На школьном фестивале... Блин. Я это сказала. — я хлопнула себя по лицу. —Извините. Так вот, на концерте в честь закрытия Недели Культуры я спела песню...
Минут пять я, опуская некоторые подробности рассказывала о произошедшем.
— В общем, мы провели вместе остаток вечера и ночь, а утром наши коллеги привезли меня сюда. — закончила я рассказ.
— Давно вы знаете, что она за вами наблюдает?
— Подозрения появились еще в начале сентября. Ее телефон — это просто надпись большими буквами: «я работаю в Департаменте».
— Риса не знала, что амулет разработали вы. Ей, как и остальным сотрудникам, телефоны были выданы для, как вы выразились, зарядки и тестирования.
— А результаты есть? — не удержалась от вопроса я.
— Да. Защита против нейтрального эфира держится до второго уровня включительно. Это один из самых компактных вариантов, а с учетом цены и способа активации, вещь уже сейчас достойна пуска в серию.
— Странно, что всего лишь второй уровень. Телефон Рисы пережил полноценное проклятие. Я предполагала, что зарядка рун темным эфиром даст лучший результат, но такая разница впечатляет.
— Думаете, что если насыщать ваш амулет будет малефик, то всплески обычного эфира будут гаситься так же?
— Не знаю. Даже если нет, согласитесь, что техника, выдерживающая сильное проклятие — тоже неплохо.
— Согласен, но надеюсь, что такая техника нам не понадобится. По поводу Рисы. Вы хотите подать официальную жалобу?
— Зачем?
— На вас было наложено проклятие четвертого уровня. Это довольно серьезно. Риса, как работник Департамента, пусть и стажер, несет полную ответственность за подобные действия, даже случайные.
— То есть когда она сказала про одиночную камеру или рудники?..
Директор кивнул. «Япона мать!» — мысленно взвыла я, — «вот я молодец, еще и пошутила в тему.»
— Вообще-то я предложила ей продолжить отношения.
— Вы серьезно?
— Она мне нравится. Не настолько, конечно, чтоб замуж позвать, но нам сейчас рано об этом думать.
— Однополые браки у нас не приняты.
— Это правильно, наверное. Как у вас вообще смотрят на подобные отношения?
— Лет сто пятьдесят назад, вздумай вы поцеловать девушку на улице, отделались бы как минимум изгнанием за пределы куполов города. Сейчас просто посмотрят с неодобрением. Кто-то может высказать свое недовольство, но если не демонстрировать ваши отношения публично, то проблем у вас не будет. В Ниххонской Империи к таким вещам относятся спокойно уже лет семьдесят, как и в некоторых княжествах. Что вы будете делать, если она откажется?
— Останемся подругами. Правда не обещаю, что не стану предпринимать попыток ее соблазнить.
— Вас не беспокоит, что вы можете испортить ей жизнь?
— Господин директор, давайте начистоту. Риса очень сильный малефик, да еще с таким даром, что узнай о нем окружающие, ее бы за километр обходили. Общаться с другими людьми ей попросту страшно. Куда уж хуже? А я, в случае чего, смогу попробовать ее успокоить или просто пережить проклятие практически без последствий. И ей легче, и вам меньше головной боли. Если же она найдет себе смелого парня, то мы просто расстанемся. Ну и, возможно, я смогу сделать амулет не только для телефона.
