Они предполагали, что будут работать в горах. Но разве это можно назвать горами. Хотя опять же, что сравнивать с Марой. Даже диаметр, его родной планеты в два раза меньше. Но там горы это горы. Мара. Хорошо, что он родился и вырос в столице, почти на экваторе, возле дворцов знати и самого лорда владетеля. Рядом с дворцами и Высшей академией магических искусств Мары возвышались сады из редкостных растений, привезенных и акклиматизированных с других миров, даже с Геранта. Но такого разнообразия растений, как на Земле, он не видел нигде на родной планете. Воздух дома острый, колкий, очень сухой. Вода продается только на вес серебра. Весь дневной запас семьи из шести человек и рабыни не больше десяти литров. А эти, эти земляне не понимают, сколько стоит то, чем они так бездарно пользуются. Когда он видел их озера и реки, сердце замирало. Он не поехал на море, наверное, испугался. Бассейны и фонтаны- это роскошь, но это понятно. Но вода, текущая из городских труб, теплосетей, подвалов домов, поначалу приводила его в ужас. Шлозу казалось, что с этой водой утекает его собственное богатство, текут его деньги. Это было непомерным расточительством. Но вода оказалась не самым страшным испытанием. Женщины и дети, вот, что изумило и испугало его больше всего. Женщины и дети самых разных возрастов на улицах города. Птицы, животные разных видов, кошки и собаки, крысы, которых никто не замечал. За первую неделю жизни на Земле он увидел столько животных на улицах города, сколько не видел за всю свою сорокалетнюю жизнь на Маре. Их женщины прекрасны, но они не понимают свою цену. Их мужчины не понимают, каким богатством обладают. Богатейшая планета. Если он станет начальником ее службы безопасности…, все это будет и его то же. Он будет сказочно богат, если сумеет стать совладельцем чуда.
Но эта планета и ее люди, не знающие своей цены пугали. Особенно Кер. Смотришь на нее и не понимаешь, кто она, где она заканчивается, что скажет или сделает в следующий миг. Он боится ее и не понимает, как не понимает эту планету, где вода может литься с неба сутками, где в небе может летать тысяча птиц, где птицы сотнями толкутся на рынках и воруют товар у продавцов семечками… И никому, совершенно никому не придет в голову, что этих птиц можно ловить и есть. Люди здесь считают, что рыба, живущая в реках и озерах общая, и принадлежит тому, кто ее поймал. Нет, люди считают, что все, что на этой планете есть, принадлежит им, людям и они могут делать с этим, что хотят. А Кер, к примеру, ведет себя так будто эта планета, этот город, институт и его обитатели принадлежит лично ей, и все они находятся здесь исключительно, для ее удовольствия. Она получает удовольствие от всего, что ее окружает, так словно это ее собственность. Поэтому ее не любят, мягко говоря, не любят, гнезда.
Но считать, что владетель Мары является частью этого окружения и находится на Земле для ее удовольствия, это слишком. Мало того, она не только получает от него удовольствие, но и еще извлекает личную пользу! Нет, это слишком!
— Кер, — наконец, начал говорить после длительного молчания наставник, — так больше нельзя. Вы должны осознать свое положение! Лика смотрела на Шлоза очень внимательно, он впервые явно демонстрировал свое истинное отношение к ней. Для него что-то изменилось. Он задумался и это очень плохо. Лучше бы он не думал! По глазам видно, что только что, он вспоминал родную планету, а что там вспоминать! Пыльный, сухой шарик в два раза меньше Земли. Почти без воды и растительности, где съели весь животный мир, а может, его и не было. Что можно объяснить лишь скудностью фантазии и способностей его владетеля. Мир со средней плотностью населения триста человек на один квадратный километр, и тот с гулькин нос. Грязный, скупой, сухой и пыльный мир с узким горизонтом. Мир, где даже муравей или таракан являются чьей-то частной собственностью. Где каждый вздох и каждая мысль строго регламентированы. Где женщина может быть лишь дорогим товаром, и никому не может прийти в голову, что женщина может быть свободна. А он сравнивает их планеты! Плохо, так он скоро впадет в черную зависть, и будет лишь мешать. От зависти до ненависти даже одного шага нет, они совсем рядом. Нет, нет, ему нельзя давать повода думать, сравнивать и мечтать о владении над ее планетой. Интересно, а какое у меня положение? Давай просвещай, внутренне улыбнулась Лика. Шлоз, казалось, почувствовал ее улыбку.
— Вы должны понимать, что приняты только под лимит службы безопасности!
