Одним словом, освободили Сиза. И вовремя. Потому что скоро прогремели под землёй голоса — от сторожа к сторожу, всё ближе и ближе:
— Рах! Рах! Пленника, усатого деда — к ногам сокрушителя!
Сиза окружили с всех сторон и повели под мечами. Наконец-то своими глазами он мог осмотреться, где он, куда попал.
Вели его тёмной каменною пещерой. Двоих стражников, Квасилу и Дрыгайлу, почему-то оставили около ямы, теперь охрану и конвоирование взяли на себя пещерные воины — те же мохнатые здоровилы, которые гонялись за Сизом и Чубликом в лесу. Это были грозные и бесстрашные воины. В медвежьих плащах-накидках, толстолапые, с суровыми бородатыми лицами.
Сиз шёл между ними, посасывая пустую трубку. Он заметил, как за ним, под высоким потолком пещеры, пролетает невидимая тень — его добрая сердечная кукушка.
Долго тянулись тёмные катакомбы. И вот вступили они в первый грот, и Сиз увидел картину, от которой у него даже волосы встали дыбом: казалось, тут недавно произошло побоище — на полу, на каменных плитах вповалку, впритык лежали немолодые уже бородатые воины и отчаянно храпели. «Это болотные приблуды-наёмники, они среди воинства — самые худшие», — услышал Сиз над ухом птичий голос. «Ого! — подумал Сиз. — Ничего себе худшие. Медведя кулаком свалят!»
Маленькая кукушкина тень летела под потолком, никто её не замечал, кроме Сиза. А его вели уже другим гротом, ещё больше первого. И тут картина повального сна и храпения. Воинство храпело так, аж дрожали стены каменного подземелья. «Это пещерные кулачные бойцы, им больше всего доверяет Магава», — послышался птичий голос над Сизовым ухом.
Теснее обступили пещерные воины Сиза и повели его в третий грот. Это был огромный подземный зал, потолок которого терялся где-то высоко в темноте. И если там, где спали воины, слышался оглушительный храп, то тут царила абсолютная тишина. И ещё… Вот он, тот чёрный огонь, про который говорили стражники. Вправду, это было поразительное зрелище, от которого содрогнулся Сиз: посреди зала, на камне, полыхал красной полосой огонь, огонь такой, как от хороших дров. А вот пламя!.. Оно вздымалось вверх двумя чёрными крыльями, и если смотреть на огонь, на пламя, то на глазах вырастал из огня хищный чёрный ворон, взмахивал, развевал крыльями, и от огня несло не теплом, а морозным холодом. И тут же заметил Сиз: около чёрного огня сидел какой-то маленький сгорбленный старичок. Весь он зарос, опутался чёрной бородой. Казалось, сидела на земле сама борода, и сквозь неё, сквозь пряди густой бороды холодным блеском глядели на огонь маленькие глаза. Старичок шептал что-то таинственное и растирал пепел на каменной плитке. «Это он и есть, их главный колдун», — снова тихо прозвучал птичий голос. Минули и третий зал. И тут сверху, словно из самих каменных сводов, загремело:
— Склоните головы! Входите к его могучести, сокрушителю скал и повелителю подземных громов!
Сиза привели в самую глухую пещеру, в угрюмый, словно задымлённый, дворец. И только Сиз ступил за порог… Он и не заметил, как один маленький колдун, что стоял за каменными дверями, тихонько хлопнул в ладоши. И во дворце, который был вырублен в чёрной подземной скале, вдруг полыхнул свет — какой-то странный свет. Для пещерного воинства всё тут оставалось таким, как было, всё тонуло в глухой подземной темноте. А Сизу казалось, что с каменных стен лился будто бы ночной, сизоватый, сумрачный свет. Правда, от него, как от едкого дыма, почему-то слезились глаза.
Сиз немного поморгал, протёр глаза и увидел: под стеной, в роскошном кресле, сидел могучий витязь в дорогой царской одежде, расшитой шёлком и драгоценными камнями. Одной рукой он опирался на копьё, другой — на львиную спинку подлокотника. Рядом с ним стоял, закусив удила, белый, с пышной гривой конь, а ещё выше, на каменном карнизе пещеры, сидела и хищно смотрела вниз — кто бы вы думали? — уже знакомая нам птица Куа.
(Сиз только глянул в её кровавые зрачки и сразу отвернулся.) Сиза толкнули в спину, негромко понуждая:
— Падай, падай на колени!..
Сиз стоял. Он только сильнее прикусил трубку. Могучий витязь легко махнул рукой и повелел:
— Не надо, мы позволяем. Пусть пленник подойдёт ближе к нам и станет возле нашего кресла. Мы умеем радушно обходиться даже с врагами, с теми, кто хотел нам сотворить зло. Подведите его сюда, пусть станет по правую руку.
Сиза ткнули в спину и поставили как раз рядом с белым конём, длинная расчёсанная грива которого спускалась Сизу на голову.
