Создание колонии Росс совпало с революционными событиями в Испании и Латинской Америке, которые привели к окончательному разрушению системы снабжения и финансирования Испанской Калифорнии. Жители её и раньше ощущали нехватку продукции ремесел и промышленности. Теперь же солдатам нечем было платить зарплату, их не во что было одевать и нечем вооружать. Для снабжения и войск, и гражданского населения единственным законным источником товаров стала русская торговля.
Испанцы быстро узнали о создании в Калифорнии нового поселения. В октябре 1812г. на разведку был послан лейтенант Морага, уже имевший опыт экспедиций на север. Он посетил и осмотрел Росс. На вопрос, с какой целью русские здесь поселились, Кусков предъявил ему бумагу ГП РАК о том, что заселение создается для обеспечения колоний продовольствием и сообщил о желании торговать. Уезжая, Морага обещал просить у губернатора разрешения торговать с Росс. Новость о русской крепости и гостеприимстве ее обитателей быстро разнеслась по Калифорнии. Уже в ноябре в письме из Санта-Круса сообщается о том, что "в Бодега русские соорудили из дерева пресидио, которое охраняют 40 белых (hombres de razon)…" и что Морага и его солдаты "все были очень хорошо приняты русскими".
В январе 1813г. Морага нанес в крепость второй визит, на этот раз вместе с Хосе-Игнасио, братом коменданта Сан-Франциско, и объявил, что губернатор разрешил торговлю. В подарок он пригнал 3 лошади и 20 коров. Кусков немедленно воспользовался разрешением, отправив в Сан-Франциско партию товаров, за которые, по условленным ценам, получил хлеб. Испанские власти, кем бы персонально они ни были представлены и какую бы политику ни проводили, были вынуждены считаться с жизненной потребностью населения в русских товарах.
В отношении же Росса, кроме экономической необходимости действовала и необходимость политическая. Заключив в том же 1812г. с Россией договор о союзе, Испания не могла реагировать жесткими контрмерами на полученное в Мадриде и доведенное до сведения короля сообщение "о создании русского поселения близ порта Ла Бодега". Министр иностранных дел Xуан де Луйанд в письме к вице-королю Новой Испании графу де Кальдерон от 4 февраля 1814г, формулируя политику в отношении русского поселения в Калифорнии, предпочитал даже допускать, что русские основали не постоянное поселение, а, "возможно… высадились на берег вынужденно из-за болезни экипажа судна и со временем покинут свое поселение и даже сами придут в испанское пресидио, где их надлежит разоружить". Вместе с тем Луйанд весьма положительно - вполне в духе аргументов Резанова или ван-Майера - отзывался о возможности русско-испанской торговли в Америке. "В связи с этим, - писал Луйанд, - Его Величеству представляется важным, чтобы Вы пока закрыли глаза на все происходящее. Тем не менее мы заинтересованы в том, чтобы русские не распространили свою деятельность за пределы Верхней Калифорнии. Именно в этом районе нужно развивать взаимную торговлю производящимися на месте товарами и продуктами… Одновременно следует проявить крайнюю деликатность, чтобы добиться ликвидации русского поселения без ущерба для дружественных отношений между двумя странами".
Итак, торговля с Россом была негласно признана правительством, а калифорнийские власти, выполняя приказы вице-короля, время от времени требовали от Кускова убираться с испанской территории. Летом 1814г. с этим в Росс в очередной раз отправился лейтенант Морага. Он оставил одно из самых ранних сохранившихся описаний крепости, отметив ее немалые оборонительные возможности. "Пресидио располагается на 120 футовой высоте над уровнем залива. Стены высотой в 3 сажени, общие размеры стен 49+42 сажени, на стенах установлены 12 пушек, на угловых стыках поставлены блокгаузы. От стен к берегу ведут 166 ступеней. С моря обстрел невозможен из-за протяжённых отмелей. На случай осады есть колодец, хотя пресидио стоит подле реки. Гарнизон состоит из 26 человек русских и 102 туземцев". Полученная от этих визитов информация вряд ли вдохновляла атаковать Росс испанских офицеров, чей гарнизон в Сан-Франциско не превышал 70 человек, а порох, чтобы салютовать входящим в залив российским кораблям, приходилось просить у их же командиров.
Впрочем, союз между Россией и Испанией исключал военные действия, и единственной возможной мерой давления были спорадические требования ликвидировать поселение в Калифорнии, хотя они служили скорее доказательством служебного рвения испанских начальников, нежели действенным способом избавиться от русской колонии. Пользуясь этим компанейские суда почти в открытую промышляли в испанских водах, они даже перестали прикрываться американским флагом. На всякий случай ГП РАК предприняло дополнительные меры, отправив в 1813г. вице-королю новую прокламацию, где делало упор на союз России и Испании в борьбе с Наполеоном, патетически сообщало об успехах в этой борьбе, при этом отмечая, что "обе нации… одинаковым и сим токмо обеим нациям свойственным духом действовали и действуют".
