У москвичей были и другие способы занять свой досуг или, попросту говоря, убить время. В январе 1859г. в Москву прибыла театральная труппа из Сан-Франциско с намерением дать несколько спектаклей. Поскольку театра в городе не было, актёры выступили на втором этаже только что открывшегося салона "Золотое дно". Успех этого предприятия был очевиден, и несколькими месяцами позднее на улице Фриско был построен небольшой уютный зал "Американского театра". Сгоревший во время пожара 1862г. деревянный Американский театр был восстановлен в камне и кирпиче, с четырьмя ярусами, партером, оркестровой ямой, ложами и амфитеатром. Правда стены остались голыми, "без обоев и обивочной ткани, без украшений, и при входе в зал вас пронизывал холодок… Цена места высока: 3 рубля в первом ярусе, два - во втором, рубль в партере, но постоянная труппа играет хорошо, а в главных ролях выступают знаменитые американские актеры… Оркестр довольно многочисленный и руководимый хорошим дирижером, во время антрактов играет кадрили, вальсы и польки, несколько лет назад производившие фурор в Париже."
Насчёт "лучших" актёров Нордман несколько преувеличивал. Самым знаменитым из них был, пожалуй, трагик Джуниус Брутус Бус, игравший Шекспира в сезон 1860г. и прославившийся тем, что одно время с ним в труппе играл его сын Джон, будущий убийца президента Линкольна.
По большей части в Американском театре играли на английском языке, хотя регулярно давали представления итальянские, французские, мексиканские и немецкие драматические, оперные и балетные труппы, привлекавшие толпы зрителей. Каждую неделю давал концерт любительский оркестр, организатором и бессменным дирижёром которого был владелец ресторана "Жульен" Жульен Арно. Изредка ставил спектакли русский любительский театр. Его создателем и режиссером стал сам московский губернатор Нестор Васильевич Кукольник. Под псевдонимом де Рюсс он даже написал пьесу "Любовь и смерть", которую сам же и поставил на сцене. В этой пьесе, разумеется посвящённой трагической любви Резанова и Кончиты, герои общались исключительно высокими стихами. Впрочем пьесу играли почти месяц и зрители встречали спектакль бурными аплодисментами.*(7)
Так продолжалось, пока в 1863г., по приглашению губернатора, из России в Москву не приехала труппа Роланда Семеновского, составившая серьёзную конкуренцию бостонцам. Кукольник организовал благотворительный бал, на который были приглашены богатейшие коммерсанты. За один вечер собрано было достаточно средств для постройки здания "Русского театра". Как писали "Московские ведомости": "Самого красивого храма драматического искусства в Америке".
Ещё одним притягательным зрелищем были цирковые представления. Первый шатёр развернулся на Северной стороне, когда там ещё был пустырь. "Публику не смущает ни отсутствие комфорта, ни посредственность аттракционов, ни дороговизна билетов - три рубля в партере и пять - в ложе. Восхищенная публика замирает от страха пред прыжками наездников; взрывается хохотом в ответ на проделки клоунов с размалеванными лицами; волнуется, глядя на акробатические трюки гимнастов; приходит в умиление от шансонеток в исполнении местных лирических артистов."
Там же, на Северной стороне, расположились площадки для боулинга. "Эта завезенная американцами игра, нынче совершенно не известная в Европе, стала очень популярна в Москве, оттеснив даже биллиард… В эту игру, представляющую собою кегли для взрослых, играют как в помещении или под навесом, так и на открытом воздухе, как у нас играют в мяч через сетку. Из-за мячей размером с человеческую голову эту игру назвали боулинг, что означает "слишком утомительный."*(6)
Были и жестокие игры: петушиные и собачьи бои, коррида, травля быков и медведей. Как и ставшие очень популярными бега, эти развлечения происходили по воскресеньям на Моисеевой мызе, в трёх верстах от города. По указанию губернатора, который и запретил в 1859г. проводить "подобные представления в городе или вблизи", на Мызу была проложена хорошая дорога по которой вскоре пустили омнибус. "По воскресеньям туда устремляется все мексиканское население города, большинство испанцев и тысячи прочих любителей кровавых зрелищ… Неотъемлимое испанское и индейское наследие мексиканцев - любовь к праздникам и месмеризм смерти… Кровавые зрелища на арене приносят им дикую радость, но не может не захватить и цивилизованных людей. Вызов смерти - традиция мексиканских матадоров. Нельзя не воспламениться при виде этих людей в сверкающих костюмах, этих гордых, пылких всадников, атакующих дикого быка …"
Другим местом регулярного собрания москвичей, как ни странно, стало здание городского почтамта.
