– Он остался на всю ночь, если вы это имеете в виду. Но он мне просто друг. – Я не хотела, чтобы поползли слухи. – Один из тех художников, что выставляются вместе со мной в «Бергман Ла Туш». Мы познакомились еще в Лондоне.
Тербер взяла ручку.
– Его полное имя, и как с ним можно связаться?
Я назвала имя Лекса.
– Где он сейчас, я не знаю.
Кто ведает, может теплая компания еще добавила и сейчас пребывает в полной отключке, и если туда нагрянет полиция, то допрос с пристрастием, который наверняка учинят Тербер и Фрэнк, окажется той последней каплей, что доведет их до безумия.
– Почему бы нам не позвонить в вашу квартиру? – предложила Тербер, мигом смекнувшая, что я чего-то не договариваю.
К моему большому облегчению сработал автоответчик. Тербер повесила трубку и посмотрела на меня.
– Где он может быть?
– Уверена, что Лекс со мной свяжется, – непринужденно ответила я. – Он человек вольный. До сегодняшнего дня Лекс кочевал по знакомым.
– А вы знаете кого-нибудь из его друзей?
Я подошла к опасной черте.
– Он просто позвонил мне вчера вечером и сказал, что ему нужно где-то переночевать.
– Как он узнал ваш телефон?
– Я еще в Лондоне дала ему номер.
– Он тогда не говорил, у кого собирается остановиться?
Тербер пристально смотрела на меня. Мне сделалось не по себе.
– Как вы думаете, сегодня вечером он вернется к вам?
– Лекс – человек непредсказуемый. Может, вернется, а, может, и нет. Как только я его увижу, попрошу его связаться с вами.
– Непременно. А где он спал этой ночью?
В ее вопросе не было и следа досужего любопытства.
– В гостиной на диване.
– Квартира большая?
– Не очень. Большая гостиная, совмещенная с кухней, спальня и ванная.
– Если бы вы ночью захотели выйти из квартиры, он заметил бы? – спросил Фрэнк.
– Ну, возможно, он услышал бы, как хлопнула входная дверь. Там очень шумные замки. Впрочем, диван находится в алькове, так что Лекс вполне мог ничего не заметить. Кстати, а речь идет именно о ночи? – задала я встречный вопрос. – Когда убили Дона?
Глаза Тербер превратились в щелочки.
– Вы весь вечер провели с этим человеком? – отрывисто спросила она.
– Мы встретились около семи и весь вечер не расставались.
– Тогда зачем вам знать?
Я развела руками.
– Просто любопытно. Все, что вы скажете.
Краем глаза я заметила, как Фрэнк быстро взглянул на Тербер. Ясно, что в их танго ведет она.
– Мы ищем того же самого преступника, если вас это интересует, – сухо ответила Тербер. – Второй человек задушен такой же удавкой, что и Кейт Джейкобсон. Насколько мы можем судить.
– Не так-то легко застать Дона врасплох, – заметила я. – При его-то габаритах. Он был пьян?
– А то вы не знаете, – почти дружески усмехнулась Тербер. – Ведь наверняка почуяли запах бурбона, когда открывали мешок.
– Верно.
Интересно, какую игру она ведет?
– Возможно, не только алкоголь, – продолжала Тербер. – Мы еще не получили результаты экспертизы. Но я почти уверена, что в бурбон что-то подмешали.
– Дон любил пиво, – сказала я, вспомнив пивную кружку рядом с креслом. – Наверное, ему предложили кое-что получше. Я знаю, что он задерживался в галерее допоздна. Творил свою живопись.
– Ага, и натворил он немало, говорят. – Тербер в упор взглянула на меня. – Нам нужно побеседовать с этим Лексом Томпсоном. Если все, что вы говорите, правда, то у вас есть алиби. Верно?
– Верно.
– Еще есть швейцар, – вставил Фрэнк.
– Только не это, – уныло пробормотала я. – Вы же не собираетесь снова расспрашивать его?
– Боюсь, придется, – подтвердил Фрэнк тоном кондуктора автобуса, который сообщает пассажирам, что машина сломалась.
Тербер расстегнула куртку и сунула руку во внутренний карман. Тускло блеснул пистолет.
– Вот, пожалуйста, – она протянула мне визитку с именем и многочисленными номерами телефонов. – Пусть ваш приятель позвонит как можно быстрее. Это в ваших интересах, равно как и в его.
– Понимаю… Передам, как только объявится.
– Непременно, – протянул Фрэнк, – непременно скажите.
По непроницаемому лицу Тербер мелькнуло подобие улыбки.
– Это «глок». С керамическими пулями. – Она похлопала по пистолету. Только теперь я сообразила, что последнюю минуту пялюсь на оружие. – Калибр девять миллиметров. Наверняка у ваших копов вы таких не видели, да?
– Они там вообще оружие при себе не носят, – встрял Фрэнк.
– Господи! – Узкие глаза Тербер округлились, словно я приехала из страны, где цивилизация только-только изобрела колесо. – Неужели правда? – Впервые в ее голосе слышалось настоящее чувство.
– Да, мэм, – вырвалось у меня.
По лицу Тербер снова скользнула мимолетная улыбка. Никто не пугал меня так, как эта женщина. И дело вовсе не в пистолете. Дело в этой странной улыбке.
