«Кто? Кроха? Нет, это успех пинается…» – хотела было ответить им Эва, но только улыбнулась.
Тут в дверь постучали, и Тамара представила нового гостя.
– Там какой-то твой знакомый! – шепнула она Эве. – Симпатичный! – и она стрельнула глазами в сторону гостя.
Знакомый и впрямь выглядел знакомым, вот только Эва никак не могла припомнить, где именно она с ним встречалась. А ведь такого красавца она обязательно должна была бы помнить: высокий, стройный, очень мужественной внешности, лицо холеное, с ровной кожей и двухдневной сексуальной щетиной… ярко-голубые глаза и острый, умный, открытый взгляд, а еще длинные шелковистые волосы – просто идеальный мужчина, на которого любая женщина западет.
– Привет! – Он вошел в помещение как к себе домой, одарил обеих журналисток дерзким взглядом, от которого у обеих в зобу дыханье сперло, и обратился к Эве с коротким вопросом: – Помнишь меня?
«Конечно, ведь это ты играешь того красавчика в сериале «Лост»!» – хотела было крикнуть Эва, но решила не шутить. Откуда-то из глубин памяти выплывал образ этого мужчины. Она точно знала этого мерзавца! Она его, безусловно, когда-то видела, но где и когда… Да что за склеротичка?! Она сердито потрясла головой, не сводя с мужчины подозрительного взгляда. Пока журналистки пытались привлечь его внимание, разговаривая голосами на пол-октавы выше, чем обычно, она смотрела на него и понимала, что ей этот мужчина не нравится. На подсознательном уровне она сразу окрестила его «мерзавцем» – и это о многом говорило.
– Мы встречались в «Белом парусе», – напомнил он.
Эва чуть со стула не свалилась, а журналистки уставились на нее с нескрываемым любопытством.
– В «Белом парусе»… – повторила она медленно, натянув на лицо подобие улыбки.
– Тот бар для морячков, – подмигнул он.
– Для морячков…
Эва Злотовская, ты что, только и можешь, что повторять за ним его слова?!
– А, «Белый парус»! Мы как-то завалились туда целой толпой после возвращения с Мазур: я, Карола, Эндрю, Изка, Томек, Витольд, Тамара, Якуб, Улька, Януш, Иолка, Смуглый – как его звали, не помню! – Лютек, Здишек, Олька…
– И я, – прервал он поток имен с очаровательной улыбкой.
– Да, и ты?!
– Даниэль. Даниэль де Веер.
– Точно! Помнится, мы много пели, танцевали кантри, пиво лилось рекой. Было очень весело – шутки, болтовня, разгул! Юрек боролся с Олькой на руках – и она его победила!
– И Юрек там тоже был?!
Ух, она за эту его ухмылочку готова была его растерзать!
– Ну да, тот, на «мерсе»!
– На «мерсе»?
– Ну тот, который ездит на старом «мерседесе»!
– А, Юрек Овсяк?
Он прыснул, журналистки вслед за ним.
Эва замолчала.
– Ты позволишь пригласить тебя на чашечку кофе? Вспомним былые деньки. Как Анжела устроила на столе стриптиз, а ты…
– Пошли! – поспешно согласилась Эва, вспыхнув до корней волос. Еще не хватало, чтобы эти любопытные журналистки написали обширный репортаж об Эве Злотовской, основательнице Фонда «Каролина», танцующей неглиже канкан…
К ее огромному облегчению, они сразу стали собираться, хотя и с явной неохотой, и через минуту она осталась с непрошеным гостем один на один.
– Ну и? – набросилась она на мужчину. – Что еще за номер с этим «Белым парусом»? Я в этом притоне была всего один раз и…
И оказалась с каким-то негодяем в постели…
С каким-то негодяем?!
Внезапно память вернулась к Эве, и теперь она точно знала, где встречалась с «этим мерзавцем».
– Ты была сладкой, – усмехнулся он.
И в следующую секунду получил в лоб тем, что попалось ей под руку. А попался ей том «Желтых страниц».
Его оглушило. Он осел на ручку кресла, тряся головой.
Эва, теперь уже в настоящей ярости, подняла увесистый том снова.
«Убить мерзавца!» – эта единственная мысль билась у нее сейчас в голове.
Но, прежде чем она опустила тяжелый дом «Желтых страниц» на голову жертве еще раз, тот схватил ее за запястья, и она еще некоторое время качалась то назад, то вперед с книгой в вытянутых руках. Наконец она бросила свое страшное оружие, выпрямилась и прошипела:
– Чего ты хочешь?! Чего лезешь? Зачем пришел – за очередным изнасилованием?!
– Какое еще изнасилование?! – гость сделал большие глаза. – Если кого из присутствующих и изнасиловали – так это меня! Ты – меня!
– Я – тебя?! – Она, обескураженная, упала обратно в кресло, а он улыбнулся в душе: ему ничего не стоило тогда соблазнить эту красотку в самые первые минуты знакомства – она была очень несчастна, очень рассержена и очень пьяна, хотя и выпила всего пару коктейлей. И она уже ничего не соображала, когда они уходили из кафе. Поэтому он понимал, что она ничего не помнит об их совместной ночи.
А он помнил.
