Земляничный вор полностью

Я кивнула. Мне нравится эта работа. Нравится скрипучий целлофан и длинные завитые ленточки. Я и шоколадных курочек люблю украшать, добавлять всякие завершающие детали – клювики, глазки, хохолки, перышки, – которые делаются из более светлого шоколада.

– Может быть, когда Янник снова к тебе придет, вы мне поможете придумать, как лучше витрину к Пасхе украсить? – спросила мама.

Я даже в ладоши от радости захлопала и заставила Бама несколько раз перекувырнуться на полу. Тогда надо бы и Пилу тоже пригласить, сказала я.

– Можно и Пилу, – улыбнулась мама. – Только Пилу очень занят – и в школе, и другими делами.

Я поняла, что она хочет этим сказать. Что Пилу вряд ли придет. Но ведь мы с Пилу друзья, и он, конечно же, придет. И потом, я очень хочу познакомить его с Янником, по-моему, они отлично поладят.

– До Пасхи еще три недели, – сказала мама, – времени на любые выдумки хватит. А потом в школе начнутся каникулы. Вот тогда, может, и Пилу к нам заглянет.

Да, верно, ведь скоро каникулы. Я часто о таких вещах забываю. Наверное, потому, что не хожу в школу. Хотя официально считается, что я там учусь. Мама говорит, что мне вполне хватит и того, что я хорошо умею читать, писать, рисовать и помогать ей в магазине; да и Ру меня тоже многому учит. Она считает, что этого более чем достаточно, чтобы компенсировать пропуски школьных занятий. Хотя кое-кто, вроде Жолин Дру, с мамой не согласен. Жолин – учительница в нашей деревенской школе. Ее сын Жанно до сих пор иногда заходит к нам в chocolaterie, хотя теперь уже не так часто, как когда Анук с нами жила. Возможно, он к нам зайдет, когда Анук на Пасху приедет, подумала я и вдруг увидела Жанно. Он как раз выходил из салона Морганы. Странно, как иногда бывает: только о ком-то подумаешь, и он вдруг перед тобой появляется. Тоже почти как Случайность…

Я помахала ему рукой. Привет, Жанно! Но он был слишком далеко и меня не заметил. Тогда я послала в его сторону ветерок, который встряхнул ветки миндального дерева и осыпал Жанно дождем белых лепестков. Это все-таки заставило его посмотреть в мою сторону, и он с улыбкой двинулся в сторону chocolaterie.

Жанно! Посмотри, какие красивые у меня получаются пасхальные яйца!

Жанно понимает язык жестов и надо мной никогда не смеется, не корчит мне рож, не притворяется, будто меня и в упор не видит, как поступают порой некоторые другие мальчишки, приятели Пилу. На Жанно были футболка и джинсовая куртка, а выглядел он страшно довольным и чуточку виноватым – прямо как пес, стащивший со стола вкусную косточку.

Ты с Морганой встречался? – спросила я.

Он кивнул.

И что? Я уселась за стол, жестом пригласив его ко мне присоединиться. Выпей шоколаду, предложила я, мама его только что сварила. И расскажи, что ты делал у Морганы.

Жанно сел, но я заметила, что он быстро глянул в сторону моей мамы.

– Ладно, смотри, только моей матери ничего не говори, – сказал он, улыбнулся и задрал рукав куртки.

Неужели решился! – в восторге воскликнула я и заставила Бама плясать на стойке.

Мама, правда, выглядела несколько удивленной, но ничего не сказала.

– Я давно собирался тату сделать, – сказал Жанно. – Только не знал, какое именно. А тут как раз этот салон открылся, и… – он усмехнулся и закончил: – И мне вдруг показалось, что в этом так много смысла.

Я очень внимательно изучила татуировку на внутренней стороне его запястья. Ее, правда, покрывал слой какой-то прозрачной защитной мази, но видно было достаточно хорошо. Моргана изобразила головку одуванчика, очень похожего на те, что растут на обочинах дорог, и от него во все стороны разлетались по ветру семена. Рисунок был очень точный и изящный. И я сразу узнала стиль Морганы: немного фантастический, и цвета такие, не совсем естественные…

– Интересный дизайн, – похвалила мама. – Что заставило тебя именно его выбрать?

Жанно пожал плечами.

– По-моему, это означает, что я все время двигаюсь дальше и дальше. Иду туда, куда влечет меня ветер. Мне бы самому такой дизайн и в голову не пришел, но когда она закончила работу, я сразу понял: все правильно, это именно то, что я хотел.

– Так это Моргана выбрала для тебя рисунок? – спросила мама.

Он кивнул.

– Она всегда так делает. Говорит, что клиенты никогда не знают, чего хотят, пока им это не сделаешь. Говорит, все дело в доверии. И она совершенно права. Ведь, честно говоря, и я бы продолжал выдумывать бог знает что, а потом, пожалуй, выбрал бы какую-нибудь ерунду вроде змеи, или черепа, или молнии, или еще чего-нибудь совсем уж убогого. – Жанно усмехнулся, сделал большой глоток шоколада и сказал: – Так или иначе, теперь я это сделал! И у меня такое ощущение, словно на моей руке это давным-давно.