Оружейная состояла из двух кипящих работой цехов. В одном автоматизированно производилось ручное энергетическое оружие, во втором изготавливались защитная одежда, батареи и предметы убранства штаба. Роботы повторяли одни и те же действия, а люди выполняли типичные для себя задачи: хмурились, почесывали головы, важно бормотали что-то себе под нос и следили за ходом производства. В свободное от основной работы время они выполняли функцию курьеров, разнося уже готовые автоматы и ружья по каютам.
Среди безликих серых халатов выделялся один человек. Роста он был выше среднего, внешность имел суровую: глаза холодные, почти белые, нос и подбородок острые, а губы тонкие. Некоторую живость бледной коже лица придавали выбритые на щеках ломаные узоры. Примечательна была одежда мужчины: темный китель, целиком состоящий из небольших сцепленных гусениц. Конструкция его была такова, что позволяла прятать в складках по всей длине, в том числе на рукавах, небольшие предметы и рабочие инструменты. Стоял человек, сложив руки за спиной, так неподвижно, что без тепловизора его нельзя было отличить от андроида.
– Новенькие? – спросил он, повернув голову.
– Мы ждем Гарольда, – уклончиво ответил я, рыская глазами в поисках разрушительного оружия, которым Стервятники будто бы намеревались проломить купол «Феникса».
– А также знакомимся с производством, – объяснила мой жадный взгляд Веста и догадалась: – А вы Петр?
– Он самый. И у меня есть задание как раз для таких храбрых ребят, как вы.
– Вот так сразу? – удивился я.
– Если не хотите помочь, так я поговорю с людьми, которые трепу предпочитают действия.
– Мы слушаем.
– В эпоху расцвета Империя работала над проектом «Панацея». Правительство пыталось создать такую батарею, что единовременный выброс ее энергии должен был мгновенно устранить системные повреждения любой степени тяжести. Проект засекретили и не занесли в базу данных, но нам все же удалось установить расположение лаборатории. Проникновению в нее препятствует локальный электромагнитный вихрь. Незадолго до вашего появления мы закончили работу над парамагнитным резонатором – прибором, который, по нашим расчетам, сумеет нейтрализовать бурю. Но как будет на самом деле, я утверждать не берусь, а потому поход ваш, если это обстоятельство вас не смущает, сопряжен с немалыми рисками.
– Звучит и вправду пугающе, – согласился я. – На что мы можем рассчитывать в случае успеха?
– Подумайте, чего хотите. Вероятней всего, вы это получите.
Я посмотрел на Весту, но предварять события не стал.
– А если вы ошиблись и никакой полезной информации в лаборатории не окажется?
– Ваша работа в любом случае заслужит благодарности.
– Передавайте координаты, – решился я.
Парамагнитный резонатор представлял собой металлическую трубку длиной в две ладони. Активироваться он должен был самостоятельно, оказавшись в решетке заданных координат. Также в моем распоряжении снова был рюкзак, что для меня уже являлось хорошим подарком.
– Никакого необычного оружия я не обнаружил, – сообщил я Рэю сразу на выходе.
– И не мог обнаружить, – не удивился он.
– Но как тогда Стервятники рассчитывают захватить «Феникс»? Ведь ты не пустишь их на космолет?
– Условия посещения Марса для биокибернетических людей остаются неизменными. – Он помолчал. – Меня интересуют намерения Стервятников, но по какой-то причине они мне неизвестны.
– Каким образом можно блокировать телепатию?
– Полем с частотами нужной длины либо объектами, не пропускающими телепатические волны, – ответила Веста.
– Едва ли Стервятники располагают столь высокими технологиями, – усомнился я.
– Но ведь Раймонд – гений, – возразила она.
Наши взгляды вновь устремились к Рэю, но он только с сомнением покачал головой.
Находилась искомая лаборатория неподалеку и буквально в километре от места, где глазами технокрысы я видел венерианский порошок, так что, вполне возможно, то были корпуса одного строения. Потому ни дожидаться Гарольда, ни медлить не стали. В первую очередь отправились за порошком.
Встретить сколь-нибудь серьезную угрозу жизни вблизи набитого оружием убежища мы не ожидали, но как путешественники опытные об осторожности не забывали и бдительности не утрачивали. Это помогло нам заметить опасность первыми. То есть первым, конечно, был Рэй.
– Впереди девять пепельников, – предупредил он.
