– Дело в том, что китайцы использовали их в некоторых операциях, где вероятность вскрытия заказчиков была достаточно высока и допустима. Для этих целей и подставляли «Триаду». Но, видимо, они не знали, что засветили их, или просто других не было. Еще прибыла группа китайских же монахов, и прошла нездоровая волна среди некоторых групп японцев, соискателей гражданства России.
– А монахи и японцы-то каким тут боком? – Патрушев даже остановился.
– На эти группы мы обратили внимание по рекомендации искина службы порядка. К нам эта информация от него пришла в связи с тем, что наш искин оставлял заявку на информирование, ну оно и скоррелировало с нашими делами. Насчет монахов. У китайцев до сих пор есть определенные терки с тибетцами, а у тех произошел раскол, и эта группа монахов – как раз тибетцы, но прокитайские. Вернее, те, кто продвигают некий третий путь о совместном житье-бытье. Россия и для тех и для других является нейтральной территорией, где можно обсуждать свои дела. Мы им в этом помогаем. Обычно они встречаются в Красноярске, а тут вдруг срочно перенесли работу совместной с нами комиссии в столицу. А в Новосибирске их поведение стало выбиваться из построенной модели. Похоже, китайцы смогли их привлечь к своим поискам.
– А японцы?
– Как я понял, несколько японцев у нас уже были под подозрением в причастности к спецслужбам Японии. – Патрушев покивал: японцы, после того как от Японии почти ничего не осталось, кроме нескольких островов с обломками городов, перешли в полную зависимость от англов, предоставивших им часть земель в Англо-Австралии. Поэтому все японцы обычно находились под неофициальным контролем. Пока не примут гражданство, по крайней мере. – Так вот, некоторые из них, судя по созданной модели поведения, стали вести поиски Никоса. Конкретно эти японцы – спасатели и копатели погибших городов старой Японии и биологи, которые пытаются воссоздать какие-то морские виды. На нашей территории у них есть несколько баз и официальных представительств. Все молодые, подтянутые – как раз удобно легендировать свои возможности.
– А почему именно Никоса ищут? Разве это не может быть совпадением?
Иван выразительно покосился на Веру:
– Она говорит, что они ищут его.
– Во всяком случае, я так вижу. – Сегодня немногословная девушка наконец подала голос.
– Так все-таки при чем тут японцы?
Иван пожал плечами:
– Мы сейчас их прорабатываем, но уже есть кое-какие наметки. Как минимум один из них, судя по реакции на окружающие раздражители, моторике движений и эмоциональной стабильности, является очень сильным бойцом. Временно задействованный нами одаренный по работе с биополевыми структурами это подтверждает. Возможно, остальные такие же.
– Наемники?
– Вроде того, – подтвердил Иван. – Спасательство – хороший повод находиться у нас. То есть они вполне могут иметь официальное прикрытие спецслужб своей страны для работы на нашей территории. И это хорошо, что они себя проявили. Теперь им уж точно ничего не светит. Интересно только, при чем тут люди с физической боевой подготовкой. Я вообще не помню ни одного столкновения, где она бы пригодилась. Сам вот больше двадцати лет занимаюсь рукопашкой и то даже с хулиганами подраться не приходилось, – посетовал он. – Наняли бы какого-нибудь технаря с дронами или снайпера там…
Патрушев хмыкнул:
– Наоборот, сейчас технику очень трудно спрятать, особенно если за тобой следят, ну, кроме мелочи какой-нибудь. А та, которую можно спрятать, стоит столько, что ее имеет смысл использовать, только когда выгода превышает траты. А какое-нибудь карате или рукопашка, особенно вкупе с одаренностью, всегда с тобой и не видны. Так… Что-то еще?
– Да вроде нет.
– Ну тогда как обычно – за всеми фигурантами установить плотный, но незаметный контроль. И идем на встречу с юристом. По дороге обдумайте аргументы, чтобы убедить его в своей правоте. Не хотелось бы привлекать безусловные служебные коды доступа, чтобы убедить искины в необходимости скрытого подключения к УНИКам – до конца жизни потом не отмоешься за превышение служебных полномочий, если что не так. Поэтому придется поработать головой.
Но, не успев выйти из комнаты, Патрушев вдруг резко остановился и поднял руку, привлекая внимание подчиненных. Через три секунды в комнате слегка потемнело: стекла окон закрыл дополнительный защитный слой от прослушивания. Были произведены и прочие стандартные действия по предотвращению возможной утечки информации.
Патрушев повернулся к своим подчиненным:
– Ну ничего себе!
– Что? – Глаза аналитика и одаренной горели любопытством.
– Мне передали полные материалы группы расследования событий на корабле «Луч».
– А, умники дали свои заключения? – в предвкушении потер руки Иван.
– Да. Там еще кое-что произошло. На корабль напали инопланетяне и…
– Что? – Вера подалась вперед.
– Корабль телепортировался.
– Корабль что? – переспросила девушка, а Иван жизнерадостно заржал, даже слезы на глазах выступили.
