Вы никогда не летали не автомобах? Отличная замена магии! Жаль, что мы не пробовали порулить, – сестра рассказывала о себе, о родне, а аппарат сам по себе летел по маршруту. По молчаливому уговору меня она ни о чем не спрашивала, дожидаясь прибытия в дом. За прозрачной стенкой автомоба, имеющего вид несколько уплощенной вытянутой капли, мелькали деревья, за которые взгляд не успевал цепляться. Скорость аппарата была большой. Полет из столицы до дома на реке Ангаре занял не больше получаса.
– Хорошая у тебя машина. Не такси. Вроде я слышал, дорого иметь свою машину?
Сестра внимательно посмотрела на меня.
– Похоже, ты действительно долго отсутствовал. Хотя не понимаю, в какой дыре ты торчал, не зная обычных вещей про Россию.
– Ну, пропаганда там, отсутствие интереса, – хмыкнул я. – Но уверен, ты постараешься побыстрее ввести в курс дела своего братика!
Сестра еще раз вздохнула:
– Это не полностью личный транспорт. Просто купить автомоб можно, но не особо выгодно. Через год-два уже устарел, потом, если хочешь поменять, старый еще продай, а могут и не взять, так как многим на такси удобнее, или плати за утилизацию. А можешь просто ежегодно платить определенную сумму, зависящую от персональных параметров покупателя: его дохода, уровня социальной значимости и так далее. Ну и получаешь выбранный автомоб в свое безраздельное пользование. Если выходит новая модель, тебе его бесплатно меняют по твоему желанию, но обязательно – через пять лет. Аппарат идет на утилизацию, скорее даже на переделку-обновление, если это возможно. Тогда выдают новый. То же самое в случае аварий – разбитый меняют на новый без разговоров. Даже автоматически, можно сказать. Если состояние автомоба внутренним УНИКом определяется как неудовлетворительное, он сам отправляется на техобслуживание, а тебе взамен выдается такой же аппарат или этот ремонтируется… Чем выше уровень социальной значимости, тем меньше платишь. Ну и так далее, там еще нюансы есть.
– Хм… Удобно. Или нет? – спросил я.
– Конечно, удобно, – подтвердила сестра. – У меня вот автомоб марки «Томск-21». Хорошая машинка, быстрая и, что для меня важно, – максимально автоматизированная. И комфортная. В следующем году, наверное, уже заменят.
– Странно, почему «Томск»? В мое время там автомобильных заводов не было вроде, – задумался я.
Сестра на мгновение замерла:
– Вот, посмотрела. Никогда не интересовалась. Там, оказывается, лет пять назад построили полностью роботизированный завод, ну а начинку для этих автомобов сделали в Томском университете систем управления.
– Студенты, что ли? – хмыкнул я.
– Смешно! – поморщилась сестра. – У них, кстати, шефство над заводом. – Ленка продолжила смотреть информацию. – Так что не удивлюсь, если действительно студенты приложили руку… Действительно смешно.
– И что, я могу хоть каждый день разбивать автомобы, и мне будут новый давать? – вернулся я к началу разговора.
Сестра фыркнула:
– Ты еще найди таких идиотов. Если определят, что делаешь это намеренно, понизят уровень социальной значимости, то есть снизят твои возможности по получению благ и облегчению жизни. Так что вряд ли получится.
Дом мне понравился. Большой двухэтажный особняк под дерево, но без особых претензий. Разумеется, с квартирками лунгрийской знати не идет ни в какое сравнение. В смысле там в таких прислуга живет, но я чисто для сравнения. Суть же не в здании, а в людях, что в нем живут, а тут живут замечательные люди – моя сестра!
Опа! Как интересно! А ведь дом с довольно большим садом будто прикрыт каким-то куполом. Хм… Энергетический такой, но что самое забавное – именно куполообразный, как половинка шара.
– Вот, наш особняк, – с гордостью пояснила сестра. – Муж построил. Ну вроде как теперь это наше родовое гнездо. – Ленка вздохнула: – Приходится с нуля начинать династию. Там, – она махнула рукой, – еще пара гектаров нам принадлежит.
– Неплохо. Но как-то маловато пока. Пока?
Сестра пожала плечами:
– Фантазии, наверное, не хватает. Дом-то построили, сад разбили, а дальше сказывается отсутствие аристократических генов или барских замашек – выбирай что хочешь.
Пришли во двор. В общем, как я говорил, миленько. А дом, похоже, не только «под дерево», но веранда из натурального дерева и сделана. Сестра поводила меня по нему, знакомя. На втором этаже вошли в небольшое помещение.
– Это дочкина комната. Умная она у меня, кандидат медицинских наук. Сейчас собирает материал в космосе.
– Ух ты! Дохтур! – непроизвольно выдохнул я, глядя на профессионально сделанную объемную фотографию, висящую на стене.
– Что? – Лена повернулась ко мне.
– Не, ничего.
