Хоть никто особого секрета и не делал из того, что инопланетяне существуют, но как-то об этом не говорили. Ну есть и есть. Знали, что между людьми и ими нет особого понимания, что, по сути, просто живут рядом и лишь иногда соприкасаются. Учили, что лучше держаться от них подальше, так как это непонятная опасность, просчитать которую трудно или невозможно. И на этом, собственно, все. Иногда появлялись яркие моменты их встреч с людьми, но обычно негативные – как, например, то известное уничтожение земной экспедиции на Марсе.
Катя пожала плечами.
Два ребенка с напряжением уставились на катер и то непонятное. Внизу дядя Ник тоже смотрел на угрозу, приложив руку козырьком. Потом поставил молот, поплевал на ладони, снова взял его и закрутился на одном месте. Причем так сильно закрутился, что нельзя было разобрать, что находится в этом вихре. Ну и вдруг из него вылетел тот молот и мигом достиг катера.
– Не, не возьмет! – успел сказать Сергей, когда на месте аппарата возникло маленькое солнышко, на краткое время ослепившее детей.
– Хороший, плохой, главное – у кого чит-код! – сказал внизу человек, недавно бывший Ником, а сейчас имеющий странный, давно забытый вид мифического бога древности. Да и бога ли? Да и мифического ли?
Никто сказанных слов, кроме самого говорившего, не услышал.
На время дядя Ник остался безоружный – почему-то молот к нему не вернулся. А тот второй непонятный светящийся объект резко набрал скорость и полетел к Нику. Дядька снова сделал руку козырьком и посмотрел уже на этого нападающего. Но дальше произошло еще более странное и непонятное событие. Откуда-то сбоку прилетел еще один непонятный объект, но уже серого цвета, на мгновение замер (дети успели отметить, что он имел треугольную форму и блестел, как ртуть) и улетел дальше. А тот первый, светящийся, ярко пыхнул и пропал.
– И что это было? – Сережа почесал в затылке.
– Не знаю, – ответила Катя.
– И я не знаю, – раздалось за спинами детей. Они испуганно развернулись и увидели дядю Ника, уплетающего что-то за обе щеки. – Проголодался, драчути-то.
Теперь он, к счастью, выглядел нормально, как и раньше. И глаза нормальные, и одежда. Только вид у него был какой-то задумчивый и невеселый.
– Ну что, поели? Попили? Полетели домой?
Н-да… Результаты, прямо скажем, странноватые и несколько пугающие. В этот раз тот метроном в голове, который раскручивал виртуальный эксцентрик, превратился в набат, от которого мое внутреннее пространство буквально разрывалось на части, а барьер между сознаниями, и особенно с последним, «трезвым», продавливался и держался буквально на честном слове. Но он устоял, и это было удачей. Потому что, как оказалось, я – это был не я. Вернее, не совсем я. Я вроде бы контролировал себя, а с другой стороны – нет. Этими сознаниями я чувствовал, что я – это я, но немножко другой. Более сильный, более ярый, более нетерпимый к врагам… В общем, я считал себя богом. И что самое главное – мне это нравилось. «Трезвое» же сознание испуганно стояло в стороне, глядя на эту вакханалию, и даже не пыталось никуда лезть. Ну как испуганно – скорее обалдевающе. Я, кстати, поймал себя на мысли, что давно не испытывал полноценного страха. Впрочем, не об этом речь.
Так вот. Первые, «задорные» сознания меня просто отодвинули в сторону. «Подвинься!» – и понеслась душа по кочкам. Аура моя менялась, но не опасно, а как-то… Будто временно подстраиваясь под какую-то матрицу поведения, мышления, думания. В астрале рядом со мной творилось черт-те что. Туман буквально рвался, дыры напоминали черты лиц непонятно кого. Вот туманная стена – и вдруг с хлопком, вытягивая ко мне разрывающие нити тумана, прорываются вот эти… лица. Сначала я струхнул – подумал, что меня атакуют. Но, помня, что предыдущее воплощение прошло нормально, я не стал сильно дергаться, хоть и опасался. Почему-то я чувствовал (информация с астрала? предвидение?), что фактически эти… Точно! Матрицы! Информационные матрицы! Значит, информационные матрицы – не имеют… души, чтобы нанести мне какой-либо вред. То есть это я, принимая их, менялся сам (слава богу, временно!), а не становился ими. Непонятно? Думаете, мне понятно? Хех!
Пока происходила эта вакханалия, я выработал кое-какую теорию. Не знаю, так и должно быть в этой срукрубной технике (только какие-то непонятные намеки) или это мне повезло, но получалось следующее. Сама техника позволяла меняться человеку в плане поведения, но главное – в ментальном плане. Неизвестно, насколько распространялось действие этого ментального поля, но оно незаметно, легко, как пушинка, влияло на всех вокруг. Конечно, в большей или меньшей степени, а эта степень зависела от моего (того, кто применяет технику) внимания, желания и намерения. Вот на детей, похоже, не подействовало совсем. Правда, непонятно что творилось с искинами, может, какие-то вибрации и на них отражались.
