– Рейко хороший. Рейко умный. Рейко заметил, что хозяюшка ведет себя в несвойственной ей манере рядом с этим висом, что пульс хозяюшки учащается и она потеет, нервничает. А значит, испытывает влечение к данному субъекту. Когда Рейко распознал лицо Вейнара и его невесты, то сделал логический вывод о полезности подслушанной беседы между висами.
– Рейко, и как так получается, что такой умный и продуманный робот, как ты, не может сделать запись, уловить плохо различимую речь и усилить громкость.
Мой помощник грустно покрутился и признался:
– Рейко не может нарушать протокол, заложенный создателем. Рейко не может осуществлять фото и видеофиксацию в общественных местах без разрешения. Лишь исключительные случаи, угрожающие жизни и здоровью хозяюшки, позволяют нарушить этот запрет. Данная ситуация не попадала под экстренную.
– Мог бы мне напомнить, у меня же в кармане лежал космофон, – посетовала я.
Как гласит народная мудрость, умная мысля приходит опосля.
– Рейко зафиксировал данное указание и в следующий раз обязательно подскажет. Хозяюшка ведь не злится на Рейко и не отправит на переплавку? – вопросил мой помощник и задрожал.
Мне стало совестно, и я обняла металлического друга. Напоминая себе, что не стоит требовать слишком многого. Он и так великолепен. А вот у Рыркова я непременно поинтересуюсь, что за дурацкий протокол?!
– Рейко, ты незаменим и замечателен! Хватит говорить глупости, – успокоила я помощника. – И откуда только выдумал эту переплавку?
– На утилизацию и переработку отправляют все негодные дроиды, приборы, гаджеты и предметы. А у меня даже значок такой есть.
Рейко повернулся ко мне попой и показал наклейку.
– Думаю, даже если вдруг что-то случится, я тебя отремонтирую. За эти несколько дней ты мне стал дорог как друг. А от друзей так просто не избавляются.
Рейко замурлыкал и начал тереться.
– Хозяюшка любит Рейко. Рейко теперь ее друг! – Еще минуту мой помощник самозабвенно мурлыкал, а потом очень грустно изрек: – Хозяюшка, время на подготовку истекает, если вы не поторопитесь, то не сможете выспаться, и тогда у вас просто не останется сил!
– С этим не поспоришь, заботливый ты мой!
Я потянулась, размяла шею и плечи, а потом села за стол писать конспект. В одном мой помощник прав, мне абсолютно некогда грустить, рефлексировать, впадать в депрессию и копаться в себе. Мне бы просто пережить следующий день.
Утром меня разбудил звонок подруги. Она получила мое сообщение поздно вечером и решила не тревожить, еле дождалась утра, чтобы поболтать.
– Вот это новости! Наконец справедливость восторжествовала. Рада за тебя, Кера!
Шелья сидела за столом и красила глаза. Я же только-только высунула нос из-под одеяла, а Рейко заряжался.
– Твои новости не менее поразительны! Поступаешь в ВКУ? Пока мы работали во время практики студентов, ты ни разу об этом не обмолвилась, – укорила я подругу.
– Потому что даже не надеялась. Но брат нашел работу, и стало гораздо проще. Появилось время подумать о себе, своих желаниях и мечтах. Но поболтаем об этом потом, в выходные. Лучше ответь, кто тогда совершил то преступление?
Я пожала плечами. Не знала, можно ли говорить об этом.
– Так, судя по тому, как ты отводишь глаза, кого-то подозреваешь, но боишься говорить? – включила сыщика Шелья.
Я тяжело вздохнула.
– Колись! Я могила! – настаивала Шелья и сверлила меня любопытным взглядом.
Я сдалась.
– Короче, получила уведомление о снятии обвинения и пошла прогуляться. В саду столкнулась с Вейнаром и его невестой. И так вышло, что я подслушала их разговор.
– Постой. Вейнар – это тот парень, который лежал в палате вместе с тобой?!
Я кивнула, а Шелья начала рисовать стрелки у глаз, велев мне продолжать.
– Они ссорились, и он обвинил свою невесту Оланору в организации этого преступления.
Тут рука у Шелье резко дрогнула, и стрелка вышла слишком длинной и кривой.
– Ты шутишь?
Я покачала головой.
– Она очень ревнивая и противная. Я спалилась, когда пыталась незаметно уйти. Но она вместо того, чтобы отпираться, заявила, что мы ничего не докажем, и предложила шпионить за Вейнаром.
Шелья отодвинула косметику в сторону, намочила ватный диск и начала смывать неудавшийся макияж.
– Это мыльная опера какая-то. Ты бы хоть предупредила, что повергнешь меня в шок. Я бы не красилась. Слушай, а Лонтольн почему не разрывает помолвку? Ему нормально женитбся на бабе, которая чуть не грохнула его из-за ревности. А эта швабра никаких угрызений совести не испытывает насчет отправления жениха на больничную койку?
– Ох, сложно сказать… – Я посмотрела на время и начала выползать из кровати, не прерывая разговора. – Но Оланора вообще не беспокоилась за Вейнара, будто была уверена, что с ним ничего не случится, а все остальные – посредственности, массовка, которые лишь мешают ей. И, как я понимаю, этих двоих не связывают чувства. Это просто договор между семьями. Довольно важный. Так как Вейнар пригрозил разрывом даже несмотря на лишение наследства и выплату компенсации.
