Со временем боль притупилась, уже ничего не жгло. Потом началась школа. Там были уже и опоздания, и прогулы, и враньё. И совесть постепенно перестала болеть. Но, когда вспоминался этот случай, становилось так неприятно внутри и что-то там переворачивалось. Совершая нечистые поступки, мы постепенно становимся чёрствыми. Какая-
то сила извне старается всё в тебе скрыть. И это тёмная сила. А другая, светлая, сила всё равно потом побеждает, выталкивая всю грязь наружу. И это хорошо. И если она окажется сильнее, тогда у человека есть шанс стать ближе к тому, кто придумал и устроил такое сложное творение по имени Человек.
Жил-был тигр в тайге дремучей. «Дремучей» – значит по-дальневосточному «непролазной»: много кустарников, кореньев, лиан ползучих, папоротников разных. В общем, как в джунглях, только змей ядовитых меньше и бананы с апельсинами нигде на деревьях не встретишь.
А только лимонник дикий, виноград, калину, актинидию. Тигр жил сытно, добычи было много и разной: косули водились да козы. И вот однажды заболел у царя дальневосточной тайги зуб. Сильно болел, хоть волком вой. Тут и не до охоты, и не до сна сладкого. Всё смешалось в одну большую боль. «Ой, пойду в деревню я, – решил тигр. – Там собак много, добыча лёгкая. А то так можно и лапы протянуть без еды». Сказал и пошёл.
Ночью крадучись под звёздами шёл. Остановился метрах в тридцати от деревни и наблюдает, где будка собачья побольше. А у собак есть такая особенность: они тигра чуют за версту. Природой так устроено, потому что собаки являются вкусным тигриным деликатесом. И чувствуя хищника, в будку вжимаются и даже дышать перестают, сидят тихо-тихо.
И вот вдруг видит царь зверей, что одна собака даже в будку не спряталась. Лежит такая при луне, маникюр себе на лапах выгрызает. Спокойная, будто и не собака вовсе, а медведь. Очень удивила она тигра. Спустился он с горы и спрашивает: «Ты что это наглая такая, совсем меня не боишься?» – «А зачем мне тебя, тигр, бояться? Я ведь люблю тебя давно», – молвила хитрая собака. «Как это?» – не понял тигр. «А так. Тебя ведь не любить невозможно. Ты молодой, статный. Шерсть блестит. Давно о встрече с тобой мечтала я. Только вот смотрю: зуб у тебя болит. Щека вздулась слегка, да и шепелявишь. Кому с больным зубом ты нужен? Ты сначала пойди и выбей его об камень. Да гляди хорошо бей, с силой, чтобы вылетел начисто. Когда поправишься, тогда и приходи. О любви полялякаем». Тигр прямо обалдел от такой наглости. Развернулся и в лес пошёл, булыжник побольше искать. И правда, получилось зуб больной у него выбить.
Стал он опять охотиться и жить сытно. Тут вдруг попадает лапой в капкан. Лапу вытащил, а ходить может с трудом. Хромает, рана глубокая. Оголодал совсем и решил опять пойти в деревню за собакой. Спустился с горы – картина та же: все собаки по будкам от страха трясутся, а эта, наглая, хоть бы хны, лежит на соломке, зевает. «Ну всё, собака, – прорычал тигр. – Я есть тебя пришёл, готовься к смерти». – «Это понятно, но если ты меня съешь, то кто же тебе тогда рану зализывать будет?» – «Как это – зализывать? – не понял тигр. – Я же сам её зализываю». – «Сам-то сам, а толку нет. А вот у меня слюна лечебная, смотри, как её много! – сказала собака и пустила пузыри прямо тигру в морду. – Я когда рану зализываю, она за три дня затягивается. Если хочешь, я с едой помогу, половину своей буду тебе отдавать. И заметь: всё это делаю я из любви к тебе». – «Да ладно», – сказал тигр, поверив на слово. И точно. Через три дня рана затянулась, и он опять стал охотиться.
