Начинать стоило издалека, потому что такие вещи в лоб не выдают. К таким вещам нужно привыкнуть, осознать их, проникнуться, так сказать, исключительностью момента, а лучше – испытать все на своей шкуре. Тогда понимание приходит сразу, хочешь ты того или нет. Требовать от испуганной девочки, выдернутой чужой волей в другой мир, понимания и тем более принятия было бы жестоко.
Куда более жестоко, чем временно водить ее за нос, подсовывая выверенную, упрощенную и добрую версию реальности. В этой версии, конечно, несложно было найти несоответствия и начать сомневаться, но что поделать. Рано или поздно вопросы бы возникли, и на них пришлось бы отвечать.
– Я очень хочу знать, что со мной произошло.
Она снова смотрела как в тот первый вечер, настороженно и сердито. Она злилась и боялась, но голос звучал твердо, словно маленькая леди, наконец, нащупала твердую почву под ногами, и это дало ей сил.
Сильвия все еще стояла рядом с ней, чуть позади, как верная тень, способная при желании превратить врагов леди в искореженные остовы деревьев или болотные коряги. Пожалуй, было хорошо, что леди – пока – об этом и не догадывалась. Она вообще о многом не имела ни малейшего представления, и лучше бы дальше так и шло, спокойно, без злых изнаночных чудес, по сценарию, о котором говорил Дар: танцы, платья, развлечения. Все были бы рады и счастливы, девица бы получила свое золото и в нужный срок убралась бы, откуда пришла.
Но мир уже все решил сам, и все уже случилось.
– На границах миров, – задумчиво сказал Кондор, потому что не знал, что еще сказать, – живут удивительные существа.
Губы Сильвии дернулись в ехидной полуулыбке, но Мари, конечно, этого не видела. Она смотрела прямо на Кондора и нервно сжимала правую руку в кулак, словно это давало ей силы.
– Скорее всего, – продолжил Кондор мягко, – ты столкнулась с кем-то… вот таким. И, к счастью для всех нас, пережила это столкновение, отделавшись шишкой на затылке. Мне очень жаль, – добавил он и, заметив, как на ее лице мелькнула ярость, поспешил повторить то же самое, но – искреннее: – Мари, мне правда жаль, что…
– Что меня что-то чуть не сожрало?
«Еще миг, – подумал Кондор, – и она или расплачется, или рассмеется, или и то, и другое сразу».
– Но ведь не сожрало же, – Ренар вмешался в разговор внезапно, поймав паузу на самом ее излете – еще миг, и что-то бы точно произошло.
Мари рассеянно хлопнула глазами и вытаращилась на Ренара. Самоуверенность слетела с нее, как подхваченная ветром шляпа в ненастный день.
Конечно, стоило понять, что от него она ожидала, пожалуй, сочувствия, но никак не подтрунивания, даже дружеского.
– И вообще. – Ренар подошел к гостье почти вплотную и встал с другой стороны от ее кресла, чуть наклонившись, словно хотел сказать что-то ей на ухо. – Может быть, оно и не собиралось тебя жрать? Может быть, – он бросил хитрый взгляд в сторону Кондора, – оно пыталось показать тебе путь? Или оберегало? Или…
Он ласково погладил девушку по плечу, та дернулась, словно ей было неприятно, и попыталась еще глубже спрятаться в кресле. Чужую руку с плеча, впрочем, она сбрасывать не спешила.
– Что еще я должна знать? – спросила Мари сдавленно.
– Как видишь, я не шутил про призраков, – Ренар улыбнулся ей так, что говори они о чем-то другом, о чем-то, что не заставляет воздух искрить от напряжения, то, пожалуй, можно было бы подумать, что он пытается флиртовать.
– Спасибо, – голос Мари почти сорвался. – Теперь я боюсь спать одна.
Она не сразу поняла, что именно сказала, а когда поняла, то покраснела. Ренар моментально отстранился, скрестив руки на груди, и придал себе серьезный вид.
Кондор знал его достаточно долго, чтобы понимать: у Ренара точно вертелась на языке шутка, емкая и бьющая в цель. Но он держался. Видимо, его симпатия к леди была совершенно искренней.
– Прекрати, пожалуйста, – глухо попросил Кондор, когда понял, что это может закончиться слезами и хлопнувшей дверью.
Мари посмотрела в его сторону с искренней благодарностью, даже не вспомнила, что весь день демонстративно обижалась – справедливо, но слишком нарочито – за вчерашнее.
– Молчу. – Ренар поднял руки ладонями вверх. – Был не прав, заткнулся и молчу.
– Если леди страшно оставаться одной, – Сильвия заговорила так внезапно, что теперь дернулись они все, – я останусь в ее покоях сегодня ночью. Первое столкновение с потусторонним пережить непросто, – продолжила она, глядя на Мари – та повернула голову, и их взгляды встретились. – И меня это совершенно не затруднит.
– Я не… – сопротивления Мари хватило ненадолго. – Спасибо, – с явным облегчением выдохнула она. – Спасибо огромное!
Сильвия кивнула с поистине аристократической грацией.
– Если этот вопрос улажен, – сказала она, переводя взгляд со своей госпожи на Кондора, которого за господина не признавала и не пыталась этого скрывать. – То я оставлю вас улаживать другие вопросы. Приятного остатка вечера.
