Иногда случается так, что опереться в жизни не на кого. Ты одна, и помочь тебе никто не может. Но есть шанс все изменить. Надо просто однажды посмотреться в старое зеркало… и что именно тогда изменится? Твоя жизнь? Ты сама? А может, и жизни других людей? Будьте осторожны со старыми зеркалами, никогда не знаешь, кто может оттуда выглянуть.
Его величество Аррель III — отец нынешнего короля, дед Найджела.
Его величество Остеон II — ныне правящий король (45 лет).
Ее величество Лиданетта — умерла.
Его высочество Найджел — принц (28 лет).
Леди Френсис Сорийская — его любовница (20 лет).
Герцог Томор Домбрийский (55 лет).
Мария-Элена Домбрийская (сокр. Малена) (18 лет).
Лорена, герцогиня Домбрийская (35 лет).
Лорен, граф Рисойский, близнец Лорены.
Тарма Ифринская — 1-я жена Лорана, умерла родами.
Силанта Колойская — дочь Лорены от 1 брака, (18 лет).
Никор Колойский — 1-й муж Лорены Домбрийской, умер.
Рид, маркиз Торнейский, бастард Арреля. (33 года), Мать — Меган Торнейская, воспитательница — Мелисса Тарен.
Матильда Домашкина — для друзей просто Мотя. (18 лет).
Дорак Сетон — начальник охраны Марии-Элены, сопровождает ее в Донэр (26 лет).
Барист Тальфер — личный Его Величества стряпчий (38 лет), Жена — Жанетта Тальфер, в довичестве Вилойская (35 лет).
Реонар Аллийский — архон Аллодии (55 лет).
Карен — лекарь в Донэре.
Шадоль — дворецкий в Донэре.
Риний VI Эларский — король Элара (52 года).
Дилера Эларская — третья дочь его величества Риния (22 года).
Анна-Элизабет Домбрийская — мать Малены, первая герцогиня Домбрийская. Умерла.
Граф Астон Ардонский — сосед Домбрийских (42 года). Сын, Динон (22 года), две дочери, Астела (18 лет) и Даранель (16 лет).
Его величество Самдий — король Саларина.
Шарлиз Ролейнская — незаконная дочь е.в. Самдия.
Ровена Сирт — наемница с сомнительным прошлым (Сожитель — Бернард, умер).
Ее величество Вивиан — жена Риния Эларского. (46 лет), в девичестве Салейнская.
Сельвиль — управляющий в Донэре.
Антон Владимирович — начальник Матильды.
Сотрудники — Нина, Валерия, Евгения.
Любовница Антона — Юлия Павловна Шареметьева.
— Ваша светлость, вам письмо!
Мария-Элена разогнулась от грядки, вытерла пот локтем и принялась отряхивать ладони.
Да, вот так вот.
Монастырское воспитание — строгое, и никому поблажек не делает. Будь ты хоть трижды урожденная Домбрийская, а изволь работать наравне со всеми. И в лазарет ходить, и язвы больным промывать, и на коленях стоять, и вышивать, и книги переписывать…
Много чему учатся девушки в обители святой Эрталы Никийской, и выходят отсюда замечательными женами и матерями, умеющими вести самое запущенное хозяйство. Да…
Молоденькая послушница, которая держала письмо, смотрела на герцогессу, словно щенок. Большие карие глаза, беззащитное выражение… Мария уже знала про нее все возможное.
Сирота, осталась без родителей в эпидемию холеры, попала в трактир прислужницей, там ее и изнасиловали. Бедняжка утопиться хотела, когда поняла, что беременна, но не дали добрые люди. Вытащили, надавали оплеух и привели в обитель.
Сейчас она месяце так на третьем. Родит, отдаст ребенка на воспитание, а потом останется при монастыре. Здесь матушка-настоятельница хоть и строга, но кусок хлеба найдет, да и рабочие руки всегда в чести.
— Благодарю, — письмо перешло из одной руки в другую.
Мария-Элена распечатала его, и быстро побежала глазами по ровным строчкам.
Впрочем хватило ее ненадолго.
Уже через пару минут молоденькая послушница услышала вскрик, и какой-то шум. Обернулась, и успела как раз вовремя, чтобы не дать юной герцогессе повстречаться лицом с землей.
Читать девушка не умела, но видимо, плохие вести?
Она устроила герцогессу на грядках поудобнее, и огляделась в поисках воды. Не успела.
— Не надо… помоги мне добраться до комнаты.
Такие просьбы не игнорируют. Лира, так звали девушку, подхватила ее светлость под руку, и помогла встать. Потом оглянулась на письмо. То жалобно белело листками на грядках.
— Простите, ваша светлость…
Герцогесса махнула рукой.
— Не стоит. Думаю, матушка-настоятельница уже в курсе.
Что именно должна была знать настоятельница, Лира спросить не осмелилась. А ласковый летний ветерок играл с листками, то показывая слова, то вновь убирая их от любопытных солнечных лучиков.
