Жорж чувствовал, что ему лучше не пить. Свежий воздух слегка освежил его пылающее лицо и взмокшие волосы, и он расстегнул две пуговицы на мундире, чтобы легче было дышать.
Но эти двое… Опять они…
– А вам не хватит ли уже, Долгоруков? А как же вальс? Вы не боитесь упасть, наступив, на платье вашей прыщавой барышне? – хихикнул Жорж, кивнув в сторону Гагарина, и смешно изобразил вальсирующего Пьера, широко растопырив руки и припадая на одну ногу. Ямочки на щеках Гагарина мгновенно исчезли, темные вьющиеся волосы взметнулись веером, рванувшись в его сторону, и Ванечка, сжав кулаки, кинулся на Дантеса, повалив его на траву.
– Оставь, Жан, – раздался сзади невыносимо манерный и надменный голос Хромоножки. – Принеси-ка нам лучше бокалы, mon cher, – и мы выпьем за пошатнувшееся здоровье нашего бравого кавалергарда… да, Дантес? – Хромоножка встал со скамейки и, с усилием присев на корточки, склонился над Жаном, с издевательской ухмылкой наблюдая за его неумелыми попытками набить Жоржу морду, в то время как Дантес, помирая со смеху, даже не пытался сопротивляться. – Да слезь же с него! Все равно драться не умеешь!
– А вы умеете, Долгоруков? – спросил Дантес, стряхнув с себя неубедительно молотившего по нему кулаками кудрявого Ванечку и вставая с травы. – Что вы вообще умеете, кроме как делать томные глазки и выбирать шелковые рубашечки в тон жилетке – себе и вашему пусику с ямочками?
На сей раз удар кулака свалил Жоржа с ног, и он, ахнув от неожиданности, скорчился на траве, схватившись обеими руками за живот.
– Это чтобы у вас не было больше сомнений на мой счет, Дантес, – ледяным тоном произнес Хромоножка. – А теперь вы с нами выпьете, дорогой Жорж. А то я подумаю, что ваши силы и впрямь на исходе – и здоровье драгоценное подорвано в изматывающих… гхм… боях… без присмотра-то… Жан, окажи мне любезность – оставь меня с господином поручиком на пару минут… и принеси еще бутылку. И три бокала.
К удивлению Жоржа, кудрявый Ванечка, бросив на Пьера умоляющий взгляд и чуть поколебавшись, молча ушел, оставив их вдвоем. Боль в животе, нанесенная ударом кулака Пьера, начала отступать, и Жорж, пошатнувшись, встал на ноги, готовый разорвать на части гнусно ухмыляющегося Хромоножку.
– Уберите руки, Дантес, и послушайте меня, – высокомерно протянул Пьер, правильно оценив намерения Жоржа. – Если вы думаете, что ваше положение в гвардии прочно как никогда – вы ошибаетесь. Если ваш Полетика узнает, что вы курите опий… – Хромоножка нагло уставился на него широко расставленными, блестевшими в темноте глазами и недобро усмехнулся. – И еще… кое-что. О вас. И например, об Idalie…
Кровь бросилась в лицо Жоржу, мир зашатался и поплыл, разваливаясь на куски, и прямо перед собой он увидел прозрачные глаза Пьера, который теперь говорил очень тихо, наклонившись совсем близко к его лицу. От него пахло вином, и высокомерная, развязная улыбочка снова искривила его яркие губы, которые он вызывающе облизнул.
– Жорж… Я не хочу ссориться с вами, поверьте… Давайте будем друзьями – у нас же с вами так много общего… Я же знаю, что вам нравятся не только женщины… – Пьер внезапно с силой прижал его бедрами к стене беседки, его руки обвились вокруг его шеи, и Дантес почувствовал прикосновение его губ, с силой раскрывших ему рот…
– Убирайся к черту, сволочь!
Мгновенно скрутив руки Пьера, Дантес с силой отшвырнул его от себя, вытирая рот, и Хромоножка полетел в кусты, но, падая, вцепился в ногу Жоржа, потянув его за собой. Продолжая сопротивляться, Жорж почувствовал, что силы его на исходе, а голову опять свело тяжелым, чугунным обручем.
С трудом переводя дыхание, Хромоножка подмял Дантеса под себя, прижав его коленкой к мокрой от росы траве. К его удивлению, Жорж внезапно перестал сопротивляться и стал похож на обмякшую в его руках тряпичную куклу с закрытыми глазами, мертвенно-бледную, с разметавшимися прядями белых волос. «Обморок? – с удивлением подумал Пьер, возбужденно вглядываясь в его покрытое испариной лицо. – Что ж… тем лучше…»
Он наклонился над потерявшим сознание Жоржем, вновь испытывая мучительное желание впиться поцелуем в его полуоткрытые губы и быстро воспользоваться тем, что Жорж сейчас не сможет его оттолкнуть и причинить ему боль. В этот момент из-за густых кустов акации появился Гагарин с бокалами и бутылкой вина.
– Пьер! – лениво протянул он, улыбаясь и вновь демонстрируя нежные ямочки. – Что это с нашим другом? Я надеюсь, ты тут не покушался на…
– Заткнись!
