— Хейя, — на лице Квентина не дрогнул ни один мускул, но в глазах бушевал гнев. Хейя замер под пристальным взглядом карих глаз, словно кролик перед удавом. — Сейчас же покинь это место и не докучай нам своими беспочвенными сплетнями.
— Ладно, — опомнившись, неохотно признался он. — Кажется, я допустил ошибку. Простите за вторжение, моя королева.
— Мне жаль. Я не ожидал, что он зайдет так далеко, — вздохнул Генри, провожая взглядом торопливо удаляющуюся спину брата.
— Да уж, милый братик, — выдохнув, я опустилась на стул и благодарно посмотрела на Чешира.
— Это брат-близнец Генри, — презрительно скривился Квентин. — Он не принадлежит к Ордену Рыцарей и просто слоняется без дела.
— Мы с ним старые друзья, но он немного хамоват, — мягко улыбнулся Теофилас, заставив меня поперхнуться чаем от такой откровенности. Немного?!
— Да уж…
Я призадумалась. Генри и королева были как брат и сестра. Вспоминая некоторые книжки о средневековье, я замечала упоминания о молочных братьях и сестрах. Аристократы были слишком заняты, чтобы самостоятельно заниматься детьми, поэтому у детей были кормилицы. А что бы я чувствовала, если бы близкого мне человека заменил кто-то другой? Правильно, ни малейшей радости. Странно, что он вообще еще со мной разговаривает.
— Я был с королевой, когда мы были детьми, — словно поняв направление моих мыслей, тихо сказал Генри, мягко улыбаясь. — Потом я вступил в Орден, а Её Величество уединилась в башне, так что мы не виделись до церемонии коронации.
— Ему всё равно никто не поверит, — всё еще хмурый Квентин рассеянно побарабанил пальцами по столу.
— Конечно, ведь её жених ты, — усмехнулся граф, отводя взгляд. Вечеринка продолжалась, как ни в чём не бывало, а меня всё ещё корёжило от слова «жених», как будто рядом кто-то водил пенопластом по стеклу. Если мне не удастся вернуться, то я должна буду выйти замуж за совершенно незнакомого человека? Скорей бы всё это закончилось.
— Ваше Величество, прибыл секретарь, — донесся из-за двери голос фрейлины, и я торопливо поднялась с облюбованного диванчика. После вечеринки Чешира я чувствовала себя измотанной и потерянной. Количество моих ошибок и оговорок росло в геометрической прогрессии, но перебороть собственную суть и нравы человека совершенно другого мира было ой как нелегко.
Вежливый секретарь вручил мне кипу бумаг на подпись и застыл у стола выжидающим тушканчиком. Хвала богам Чешир и Квентин попилили часть моих обязанностей, оставив мне лишь одну обязанность — подписывать бумаги. К сожалению, Его хитрозадое Высокопреосвященство тонко намекнуло мне, что скоро лафа закончится. Кстати, к этому моменту нужно будет тут ввести моду на печати, потому как, просидев до вечера раз за разом ставя свою подпись, мне захотелось взвыть.
— С Вами всё хорошо? — обеспокоенно поинтересовался нагруженный секретарь, глядя как меня повело при попытке встать.
— Да, просто немного голова кружится и живот побаливает, — натянуто улыбнулась я, стараясь удержаться на ногах и желая лишь, чтобы секретарь поскорее свалил, позволив моему бренному телу развалиться на облюбованном диванчике.
— Я немедленно вызову доктора, — поклонился мужчина и внезапно добавил, — завтра бал и Вам следует отдохнуть.
— Что… — секретарь, наконец, смылся, а мне стало действительно нехорошо. Бал? Это там где все танцуют и употребляют алкоголь? Интересно, каким образом туда впишусь я, понятия не имеющая о танцах этого мира.
— Ты в порядке? — в комнату торопливо зашел Генри, обеспокоенно осматривая меня с ног до головы.
— Доктор это ты? — ушастый капитан кивнул, подтверждая мои худшие опасения и начиная раскладывать свой инвентарь.
— В университете я изучал медицину, в Ордене я военврач. Капитаном стал по семейным обстоятельствам, но это моя настоящая работа, — граф скрестил руки на груди, с интересом склонив голову на бок, — итак, что случилось?
— Да ничего особенного, — я немного замялась, потирая шею, — просто немного нехорошо.
— Может ты простыла? Или переутомилась от незнакомой обстановки? — измерив мою температуру и посчитав пульс, Генри прищурился, — ты сейчас в корсете?
— Эм… Да, — я пожала плечами пожаловавшись, — спина от него ноет, а внутренности как будто в фарш превращаются. Тоже мне обязательный элемент гардероба.
— Корсеты плохо сказываются на здоровье. Многие затягивают его слишком туго, что делает талию тоньше, но, увы, ведет к проблемам с дыханием и обморокам, — ушастый хмыкнул глядя на то, как я забавно прислушиваюсь к собственному организму в попытках почувствовать признаки подступающего обморока, и скомандовал, — повернись.
— Зачем? Я прекрасно сама справлюсь. Или горничную позову, — пробормотала я пятясь, но Генри ухватив меня за плечи повернул к себе спиной. Я почувствовала как прохладные пальцы пробегаются сначала по шнуровке платья, а затем и корсета, и невольно покрылась мурашками как тепличный огурец.
— Ох уж этот самопровозглашенный художник, — проворчал мой доктор и скомандовал, — не двигайся.