Последнее, что я заметила перед вспышкой — это был Генри. Подставившийся под удар и пожертвовавший собой, ради того чтобы я успела закончить заклинание. Как в замедленной съемке я видела со стороны своё испуганное лицо шевелящее губами и пытающееся поскорее закончить заклинание. Видела бесстрашного графа, рванувшегося ко мне в невероятном прыжке. Я отчетливо помню, как кончик платинового хвоста мазнул меня по щеке, одарив таким знакомым сладковатым запахом и исчезнув навсегда.
— Ваше величество, — тихо позвал меня подошедший Чешир, судя по всему присев рядом на корточки. — Вставайте.
— Не хочу, — голос предательски сорвался. Я прекрасно знала, что едва я открою глаза, тут же заплачу, а подданным не следует видеть свою королеву зарёванной. Порыдать можно будет и потом, наедине с собой.
— Кимико, — позвал меня до боли родной голос, заставив моментально подскочить на месте и с трудом разлепить глаза. Прямо из воздуха вышагнул абсолютно невредимый ушастый капитан и протянул мне руки. — Алиса пытался стереть меня, но Его Высокопреосвященство спас меня в последний момент.
— Я же обещал, — невозмутимо молвил Его Наглейшество, беспечно рассматривая облака. — Ты победила Алису, а я выполнил твое желание.
— Гады, — всё-таки не выдержав, всхлипнула я и моментально оказалась в таких знакомых объятьях.
— Я же сказал, что буду защищать тебя, — раздался над ухом до боли знакомый голос, пока его обладатель успокаивающе поглаживал меня по спине.
***
— Ваше Величество, там… — В панике ворвавшаяся горничная невольно стушевалась под моим ненавидящим взглядом. — Граф… И герцог…
— Да что ж с ними не так, — выглянув в окно, я мысленно выругалась. То, как вовремя коварный Квентин подсунул мне бумаги на подпись, вызывало одновременно злость и восхищение. Интересно, он сам до этого додумался, или его ушастый брат по разуму подсказал?
С момента победы над Алисой прошло всего пару дней, неужели не могли дать несчастной ушибленной королеве хотя бы пару дней отдыха? Или мужская фаллометрия проявляется в любое время дня и ночи не зависимо от обстоятельств? Но могли хотя бы поинтересоваться моим мнением!
Спустившись во двор, в этот раз мне даже не пришлось проталкиваться, ибо заинтригованная толпа сама расступилась, пропуская виновницу дуэли.
— Вам не надоело? — Устало поинтересовавшись, я скрестила руки на груди, оглядывая ничуть не смутившихся засранцев. Весь их вид говорил «но попробовать-то стоило».
— Я должен наказать негодяя, завладевшего вниманием королевы, — гордо вскинувший голову, Квентин стал похож на статую. — Нападай!
— Ха! — Азартно сверкнувший рубиновыми глазами, Генри оттолкнулся от земли и пошел на сближение. Движения обоих парней завораживали, но если атаки Квентина напоминали неумолимый конец света, то Генри же был похож на маленького юркого змееныша. Удар, выпад, перекат, снова удар…
— Дай им знать, кого ты выбираешь, — безмятежно спланировавший прямо с воздуха, Чешир с чашкой в руках без особого интереса взирал на дуэль. Совместно со мной он все это время придумывал, как бы отвлечь юных энтузиастов от надвигающейся дуэли, но, судя по его теперешнему виду, он уже готов лично придушить победителя. Как раз в этот момент Генри неудачно принял удар на свой клинок, и его соперник со всей богатырской силушки начал его нещадно теснить.
— А то без этого они еще не догадались, — проворчала я, но, посмотрев на флегматично попивающего чай Чешира, всё же повысила голос, перекрывая противный скрежет мечей. — Прошу, Генри, не проиграй!
Первым сориентировался Генри и, попросту отступив назад, пропустил оглоблю Квентина по своему мечу и, подловив момент, когда не ожидающий такой подлости противник шагнет вперед, от души заехал ему эфесом по ребрам, тут же приставив клинок к шее рухнувшего на землю герцога.
— Думаю… Мне стоит признать свое поражение, — с трудом дыша и морщась от боли, хрипло выдохнул мой несостоявшийся жених, держась за ребра.
— Я же говорил, что не проиграю! — Торжествующе сверкнул белоснежной улыбкой граф и протянул сопернику руку, помогая подняться.
— Как дети малые, — синхронно проворчали мы с Чеширом и понимающе переглянулись, ожидая, пока незатейливая конструкция из двух человек, наконец, до нас доковыляет.
— Ваше Величество, нам следует разорвать помолвку, — голос Квентина звучал глухо. — Есть тот, кто позаботится о вас лучше, чем я.
— Ваше Величество, — сдав поврежденного товарища на руки подоспевшим стражникам, Генри опустился передо мной на одно колено. — Окажите мне честь стать моей женой!
— Оказываю, — торопливо выдохнула я, ощутив толчок острым локотком сохраняющего каменное лицо Чешира. Видимо, этот гад никогда в жизни не слышал про театральные паузы.
— Благословляю этот брак! — Провозгласил Его Высокопреосвященство, и под радостные крики и аплодисменты толпы мы впервые не таясь смогли поцеловаться.
***