— Мы так смекнули: ничего больше нет там, — кивнул Хгор, вытаскивая металлический ящик на свет.
Ринар хмыкнул. Насколько он себя знал: если бы короб выполнил своё предназначение, то наверняка бы самоуничтожился.
— Проверить всё равно не помешает.
Он уселся прямо на пол так, что ящик оказался между ног, и принялся осматривать грани. Несколько раз втянул в себя воздух, принюхиваясь; провёл пальцами по запылённому металлу и даже легонько постучал. Бесполезно. В этом теле магии почти не было, кроме слабого дара пламени и жалких крох, которых не хватало даже на полноценное зрение. Увидеть грубо замаскированные руны на мечах ещё удавалось, вот только Ринар не зря считал себя на несколько порядков выше остальных рунологов. Не то что сломать, даже обнаружить вплетённые им в металл цепочки не представлялось возможным. Но не мог же он так просто взять и бросить самого себя на перепутье без малейшей зацепки?
Ринар со злостью хлопнул ладонью по крышке короба. Друзья синхронно дёрнулись в его сторону, но было поздно. Сверкнула вспышка, отбрасывая взломщика прямиком в стену. Кое-как проморгавшись, Ринар вскочил на ноги. Пошатнулся, ощущая расползающуюся боль от удара, и только тогда смог выдохнуть.
— Ах ты ж! — выплюнул он и шагнул вперёд.
Ладонь объяло чёрное пламя. Теперь распылить короб до мельчайших частиц обозначилось непререкаемым смыслом жизни.
— Ринар!
Кто именно крикнул его имя не имело значения. Глаза заволокло дымкой. Существовал только он и… враг.
Четыре руки обхватили его с двух сторон. Ледяные пальцы прижались к вискам. Дёрнувшись в последний раз, Ринар покорно застыл: руки прижаты к бокам, согнутая нога упёрлась в грудь Сэлларена, вторая — отведена для удара в челюсть. Слабый огонёк в ладони потух сам собой.
— О… — выдавил из себя Ринар и, кашлянув, добавил: — Оперативно.
Троица дружно выдохнула.
— Так и запишем, — проворчал Хгор, с опаской выпуская из рук буйного товарища, — твои загоны даже перерождение не лечит.
Ринар фыркнул:
— Не «загоны», а чудесная особенность, не раз спасавшая мне жизнь.
— И сгубившая тысячи других.
Он обернулся к Сэлу и помрачнел. Губы уже хотели сложиться в привычное в этой жизни «спасибо», но Ринар сам себя одёрнул, бросив:
— Сам знаю.
Оказавшись на твёрдом полу, он отшатнулся от друзей и посмотрел на злополучный короб. Настроение спикировало вниз. Ринар из прошлого нравился ему всё меньше и меньше. Вдруг взгляд зацепился за клочок бумаги, сиротливо лежащий на ящике. Ринар метнулся к нему. Он был уверен, что ещё секунду назад ничего подобного там не обреталось.
«Ну что, неудачник, без подсказки никак?» — змеились по одной из сторон буквы, написанные его рукой.
Дыхание перехватило. Вот паршивец! Но стоило моргнуть, как строчка изменилась:
«Передавай привет Рите, а там и сам поймёшь».
В груди разлилось долгожданное тепло уверенности. Зацепка была найдена. Ринар довольно ухмыльнулся — злость на самого себя испарилась так же стремительно, как и появилась. Он скомкал записку в ладони и повернулся к застывшим друзьям, но не успел и рта раскрыть. Нечто прямо за спиной взревело. Он метнулся к стене, увлекая за собой и стоящего ближе всех Варга. Подсобка заполнилась отвратительным скрежетом и гулом. Короб, осветившись защитной сферой, исчез в чернильном пламени, самоуничтожаясь.
— Вот теперь порядок, — хохотнул Ринар, проигнорировав недоумённые взгляды разом онемевших товарищей.
Он вытянул руку вперёд, обращая в пепел и последнюю записку от прошлого себя. Теперь уж его ждала совершенно новая жизнь. Никаких больше улик. Никаких больше промахов. Ринар настолько воодушевился, буквально наяву почувствовав тот самый вкус свободы, что рывком распахнул дверь, ведущую на задний двор.
Вдохнул свежего воздуха — солнце как раз расцвечивало горные вершины, потихоньку переползая всё ниже, — потянулся, вставая на носочки, но ни шагу более сделать не сумел. Перенапряжённый организм тут же вывернуло ранним завтраком. Да и сам Ринар, пошатнувшись, едва не упал в зловонную лужу. Благо, вовремя подоспел Хгор и, не слушая вялых возражений, затащил друга обратно в таверну.
Все мысли волшебным образом улетучились, стоило им войти в комнатушку на втором этаже; в голове воцарилась пустота. В мареве полусна Ринар смог только наблюдать за тем, как Хгор перестилал постель. Силы демона покинули окончательно: он отвечал невпопад, умудряясь путать слова и окончания, и практически не реагировал на Варга, головой прижимающегося к коленям. Тонкие пальцы, вновь обработанные лекарствами и перебинтованные, безотчётно перебирали мягкие волосы.
Варг же, наоборот, болтал без умолку, рассказывая о совершенно неважных мелочах. О том, как сохранил полюбившийся рисунок («Вон там он, в тумбе!»), как они с Сэллом чуть было дважды не завалили поимку Мари: в первый раз Варг не вытерпел и показался ей на глаза, надеясь пробудить воспоминания, а во второй не сдержался уже Сэл, рассмеявшись каким-то своим мыслям, едва не выдавая их засаду с головой…
— О! Я же теперь тоже почти батька! — с гордостью похвастал Варг, прервав очередную историю на середине.
