Усилием воли Ринар выпустил из рук вместилище магии. Прикинул взглядом количество. Вряд ли он рассчитывал их с таким уж запасом. Да и даже эти шесть штук, скорее всего, пришлось заряжать долго. Большим природным запасом Ринар никогда не отличался: казалось, пламя не терпело конкуренции даже от простой магии, и с каждым годом, пока росла бушующая стихия внутри, второй источник силы, столь привычный высшим демонам, угасал. В какой-то момент даже пришлось спешно искать способы накапливать магию, чтобы иметь возможность хотя бы привычные руны заряжать. Почти половина родного запаса уходила на то, чтобы поддерживать цепочки, уже врезанные в тело.
Как ни странно, с этим помог именно Северин. Он-то первым и заметил, что магия его драгоценного экспоната истощалась. Ринар до сих пор не мог понять, что двигало Королём в тот момент. Разве немощь игрушки не привязывала её к обладателю сильнее? Выполнять приказы он всё ещё мог с лёгкостью, разве что между мирами ходить становилось чуть опаснее. Первый накапливающий магию кристалл Северин надел на него сам: изящный кулон в форме вытянутого яйца, опутанный серебряной цепочкой.
Королевская фамильная ценность для дворняжки.
Ринар с силой сжал зубы. И почему всё упиралось именно в него? Столько усилий, чтобы забыть прошлую жизнь, а Северин — даже черты его лица, будь они трижды прокляты! — никак не желал выходить из головы. Всё ликование разом испарилось. Бездумно перебирая оставшиеся части для ритуала, Ринар думал лишь об одном.
А надо ли вообще возвращать то тело?
Жизнь вполне возможно было прожить и как Марисоль Брейт. Попросить Риту помочь с документами, быть может, даже поработать на неё первое время, пока не найдётся занятие по душе. Человеческий мир тоже полон приключений и прекрасных мест. Как раз для одной людской жизни хватит.
— Рин? Что-то не так?
Он помотал головой и нарочито бодро возвестил:
— Глянь-ка, да я всё предусмотрел! — смех повис в воздухе неискренностью, резанувшей по ушам. — Хоть сейчас могу стать таким, как был. Знал же, что не оставлю себя в таком виде! Ну, не полный же я засранец, да?
— С этим я бы поспорила…
Ринар поджал губы, в душе полностью соглашаясь с Ритой, но никак не прокомментировал взгляд, полный сомнения. Пальцы вдруг, шаркнув по дну ящика, сомкнулись на слишком уж знакомой рукояти. Дыхание замерло. Издав полузадушенный писк, Ринар вытащил на свет главное сокровище, притаившееся до этого времени.
— Я себя обожаю, — едва ли не со слезами на глазах выдал он, прижимая к груди тонкий, странным образом загнутый кинжал, смахивающий куда больше на кривоватый крюк.
Рита отчётливо фыркнула на это утверждение, пока Ринар продолжал с нескрываемой нежностью ворковать:
— Мой любимый! Самый замечательный…
— Этот ножичек что, такой ценный? — встряла Нэй, перегибаясь через стол, чтобы рассмотреть находку получше.
— Не просто ценный! — возмутился Ринар. — Уникальный в своём роде!
— Ага, — Рита закатила глаза и указала в его сторону: — Он его сам сделал. Кузнеца потом, по рассказам, сердечным отваром часа два отпаивали.
— Да ничего и не отпаивали!
— Ах да, — Рита наморщила лоб. — Этот, вроде, тебя просто за шкирку из кузницы выкинул.
Ринар в последний раз ласково огладил ледяное лезвие и отложил его в сторону. Выкованный с нарушением всего, чего только возможно было, безумной формы… но зато прослуживший своему хозяину до самой смерти — хриплый смешок вырвался помимо воли — да и послужит ещё после неё! Ринар поостерегся говорить главную причину своей любви: для вырезания на себе рун кинжал подходил просто идеально. Да и он уже вдоволь распробовал вкус хозяйской крови.
Последним свет увидел простой на вид пузырёк с чернилами. Ринар нахмурился. Магические? Зачем? Приглядевшись внимательнее, он заметил и защитные цепочки на толстом стекле. Походный сосуд с заряженными чернилами. Приходилось пользоваться такими вещичками ранее, когда умения не позволяли ему контролировать магию в достаточной мере, чтобы заряжать руны в бою за долю секунды. Взрывные, например. Правда, от чернил Ринар отказался довольно скоро: с его стилем боя не расплескать всё содержимое открытого пузырька было почти невозможным подвигом. Кровь — своя и чужая — справлялась с задачей ничуть не хуже и всегда в достатке была в моменты сражения.
От раздумий его отвлекло странное жужжание. Ринар дёрнулся, мгновенно взглядом находя вспыхнувшую голубоватым отблеском стекляшку. Рита покачала головой и ткнула в показавшийся на экране прямоугольник.
— Парни добрались до участка, — пояснила она и, вновь пробежавшись по тексту, добавила: — Говорят, улицы кишмя кишат инспекторами.
Инспекторы! Так вот что за слово Ринар никак не мог вспомнить. Именно так чаще всего называли патрульных-ищеек Организации, а также их главную боевую мощь — солдат с магической кровью.
— Так как, говоришь, вас занесло в участок? — Рита тут же вскинула голову, вспомнив, видимо, что ещё не вся правда была озвучена виновным.
