Рита прикусила щёку с внутренней стороны. Цвет магии сменился изумрудной зеленью. Искры затанцевали по оголённым плечам и спине. Ей лишь показалось, или в помещении и впрямь повеяло холодом? От кожи Ринара поднимался пар.
Всё стихло в один момент. Словно кто-то щёлкнул пальцами и выключил все звуки.
Девушка застыла, удерживаемая магией. Волосы поднимались вверх, овивая лицо белыми змеями. Она беззвучно шевелила губами, но глаза смотрели куда-то вдаль. С немыслимой скоростью затягивались порезы, исчезали синяки и ужасные раны — словно бы от чьих-то огромных клыков, — покрывавшие её тело. Магия вдруг окрасилась бордовым.
На лице девушки отразилось удивление. Её с силой выгнуло.
Тонкий писк заполнил пространство.
Хлопок. То лопнула под потолком лампа.
Одна. Вторая.
Девушка, не поддерживаемая более ничем, рухнула на жёсткий пол. Сдавленный стон послышался мгновением позже.
А затем тишину разорвал крик.
Хотелось содрать кожу и разорвать мышцы, только чтобы столь желаемая магия влилась наконец в тело. Ринар заскулил от бессилия, утыкаясь лбом во влажную подушку. Он чувствовал это! Чувствовал проклятую силу, желающую довести ритуал до конца: она вилась вокруг, оставляла липкие следы на коже, но только разъедала разум нерешительностью.
Всё было тщетно.
Тело вновь пробила дрожь, заставившая сжаться в комок. Ринар не понимал, что ещё нужно было, и отчего теперь он сгорал не изнутри, а снаружи.
— Рин? — голос Риты донёсся как сквозь толщу воды.
— Не надо, — едва смог выдавить из себя он. — Не входи.
Ринар не мог точно сказать, сколько времени прошло с того момента, когда его вынесли из зала. Бредящего, едва осознающего хоть что-то. Кажется, он хватался за всё подряд, пытаясь вернуться обратно. Сознание через несколько часов прояснилось, вот только терзающая тело боль лишь усилилась. Ритуал залечил видимые повреждения, но не сработал так, как задумывалось. Ринар всё ещё находился не в своём теле.
Когда он, наконец, смог осознать себя, то был уже уложен в постель. Чистый и одетый в свободную пижаму. Стояла нестерпимая духота, несмотря на то, что одеяло и даже скомканная простыня сброшены были на пол. Первые несколько секунд ничего не ощущалось, и тело казалось лишённым костей и придавленным сверху чем-то тяжёлым и мягким, но просветление длилось недолго.
Жар, прошедший по позвоночнику, снова выгнул тело, уничтожая все остальные мысли. Оставалось только хватать ртом воздух, пытаясь вернусь себе контроль над сведёнными судорогой мышцами. Пот струился по вискам и застилал глаза. Сколько уже это продолжалось? Закашлявшись, Ринар впился пальцами в матрас. Сглотнул вязкую слюну. Сейчас он согласен был на что угодно, что прекратило бы эту пытку. Желание — чего только? — и боль сводили с ума.
Давай же! Ну!
На макушку вдруг опустилась чужая ладонь. Ринар подавил очередной стон и втянул воздух сквозь зубы.
— Как тебе помочь? — прошептала Рита, зарываясь пальцами в спутанные волосы. — Скажи! Что угодно…
Ринар невесело рассмеялся, но очередная волна, перемалывающая кости в пыль, заставила тут же сдавленно зашипеть.
— Никогда ещё… не было так больно. Я… не знаю, — он сморгнул выступившие слёзы. — Всё должно было получиться.
Ладонь Риты замерла:
— Рин, ты нигде не?..
— Нет, — рыкнул он. — Я не мог ошибиться. Я бы… предусмотрел это. Всё идёт по плану. Уверен, так и было задумано!
Повисло молчание, а затем кровать чуть прогнулась под весом Риты. Не обращая внимания на содранную простыню и влажную от пота ткань, она легла позади, одной рукой обнимая Ринара за талию.
— Нужно только… — продолжил он, но голос позорно дрогнул, — …перетерпеть.
— Мы справимся, — уткнулась носом ему в затылок Рита.
Ринар рассмеялся, вновь сжимаясь в комок. Они лежали вот так — молча и неподвижно, — и ему казалось, что даже приступы не столь часто норовили вывернуть тело наизнанку. Рита что-то тихонько напевала за плечом, а он держался, кусая губы, только ради неё.
Нельзя кричать. Нельзя метаться в агонии. Нельзя ещё больше заставлять её волноваться.
— Мелкая полезла разорять мой склад, кстати, — обронила Рита, едва песня стихла.
— И ты позволила?
Нестерпимо вдруг захотелось развернуться и посмотреть ей в лицо, но Ринар боялся даже лишний вдох сделать, чтобы не спровоцировать следующий приступ.
— Она оказалась убедительна, — Рита помолчала немного и добавила: — Тем более, за ней альв присматривает.
— А Леон что… вдруг стал достоин, — Ринару пришлось прерваться, на секунду задержав дыхание, чтобы закончить фразу, не сорвавшись на стон: — …твоего доверия?
— Он производит хорошее впечатление, — фыркнула Рита. — Даже как-то не в твоём вкусе.
Ринар лишь промычал что-то неопределённое, не желая развивать эту тему дальше. На языке крутился ещё один вопрос.
— Так зачем Нэй?..
Спиной он ощутил, как Рита двинулась, чуть отстраняясь.
— У неё, вроде бы, появилась какая-то идея… Заявила, что знает, как тебя лечить.
— Знает, — тихо повторил Ринар.
