Но Нэй только рукой махнула:
— Надеюсь, до этого не дойдёт.
Ринар не стал допытываться на этот раз. Всё равно мысли растекались в стороны, словно талая вода. Он потёр глаза и попытался встать.
Покинуть комнату — спальню Риты, полностью отданную ему на растерзание, — получилось далеко не с первой попытки. Леон и Нэй в два голоса призывали его остаться в постели и восстанавливать силы постепенно, но Ринар только хмурился, стискивал зубы и боролся со слабостью честным, проверенным методом. Упрямством.
Вместе с болью, казалось, ушла и половина чувств. Все препятствия в виде низких тумбочек, приоткрытых дверей и даже простых ручек на них по дороге в ванную были тщательно пересчитаны и обруганы в красках. Ноги заплетались сами по себе, а разум совершенно не помогал установить вертикально-ровное положение тела.
Только сунув голову под ледяную воду, Ринар перестал раздражённо скалиться на самого себя. И вот он опять пред тем, с чего начал. Ещё более слабый, чем несколько дней назад.
Он поднял полный отвращения взгляд в зеркало.
— Стоит ли беспричинно злиться на себя за каверзы судьбы? — мягко заметил за спиной Леон, который даже в ванную его одного не отпустил, проследив траекторию перемещений по коридорам.
— Судьба тут не при чём, — буркнул Ринар, тем не менее, понемногу начиная успокаиваться. — Как я могу решить чужие проблемы, если даже свои не способен?
— Позволь заметить, ты совершенно не прав здесь… Это ведь уже наша задача — помогать. Взамен твоей помощи нам, — Леон отступил в коридор и, обернувшись ещё на несколько секунд, добавил: — Мало кто во всех мирах способен сам справиться со своими трудностями. Для того мы и пребываем в вечном поиске родных душ. Разве ли это не так, душа моя?
Он вышел из ванной и скрылся в неизвестном направлении так проворно, что Ринар, даже если бы очень захотел, не смог бы ответить, куда нужно было проследовать, чтобы найти альва. Впрочем, это его и не касалось. Сейчас он нуждался только в одной личности. Нужно было предупредить Риту о своих намерениях начать исследования; выслушать все её упрёки и просьбы повременить с этим… и отвоевать после них закрытую комнатушку для экспериментов над собой-любимым.
Времени и дальше рассиживаться не было. Нэй смогла убрать симптомы, но не сможет при всём желании разобраться в перекорёженной Ринаром демонической магии. Это он должен был сделать самостоятельно.
Последние слова Леона, правда, крутились навязчиво в голове даже тогда, когда Ринар, наконец, сумел добраться до гостиной. Квартира будто бы вымерла. Казалось, крепкие слова и недовольные взгляды сумели распугать даже неотступно следующих за ним нянек. Вот только нужной ему Риты в знакомой комнате не обнаружилось.
Ринар как раз раздумывал над тем, где же искать подругу, когда взгляд его упал на дверь, ведущую на внутреннюю лестницу. Помедлив пару мгновений, он двинулся к ней. Больше прятаться было негде. В голове тихонько щёлкнуло сомнение о том, сможет ли он не потеряться в запутанных подвальных комнатах, но оно слишком быстро развеялось, чтобы быть замеченным.
На лестнице оказалось прохладно и тихо. Неярко горели настенные светильники, которые после залитой светом квартиры казались лишь плохо замаскированной насмешкой. Цепляясь за перила так, как только позволяли остатки сил, Ринар непозволительно медленно сползал вниз, останавливаясь, чтобы отдышаться, едва ли не через каждые три ступени. Спустя две остановки на языке плотно обосновалась горечь, а позвоночник затлел болью.
Ринар поморщился, задвигая на задворки внезапно вернувшуюся проблему, и продолжил путь. Подниматься наверх за забытым обезболивающим или — тем более! — искать Нэй виделись гораздо более сложными целями, чем уже намеченная. Он лишь скажет Рите, чтобы та не волновалась, а потом вернётся, глотнёт противного лекарства и займётся исследованиями.
На втором пролёте Ринар, пытаясь отвлечься от накатывающего волнами жара, вдруг приметил дверь, которая в первый спуск в подвал на глаза почему-то не попалась. Она была приоткрыта, но завешена плотной тёмной тканью. Воровато оглядевшись, он шагнул к ней, прислушиваясь. Смысл приглушённого разговора, идущего по ту сторону, разобрать было почти невозможно из-за шума в ушах, и в любое другое время Ринар ушёл бы незамеченным. Вот только один из голосов оказался тем самым единственно-необходимым в данную минуту.
Сердце радостно трепыхнулось. Поиски подруги в подвальных помещениях откладывались, а значит, и терпеть всё нарастающую боль долго не придётся. Судя по голосу, Рита стояла совсем близко к пологу и старательно-выверенными фразами пыталась выпроводить второго человека. Мужчину, как определил Ринар. Он чуть склонил голову к плечу и протянул уже руку к ткани, не то чтобы удостовериться в предположении, не то чтобы позвать Риту, как вдруг колени предательски подогнулись.
