От слез все еще щипало в глазах. Памела села в машину, опустила лицо и зарыдала — до судорог в диафрагме.
Через какое-то время она заставила себя дышать спокойнее, собралась и тронула машину с места.
Путь до дома был коротким. Памела поставила машину в гараж и вошла в подъезд, низко опустив красное заплаканное лицо.
Поднимаясь к себе, она почувствовала, что ее трясет от холода. Памела отперла железную дверь, повесила ключ на крючок и прошла в ванную. Разделась, встала под душ, и по телу потекла горячая вода, от которой шел пар.
Памела закрыла глаза, тело расслабилось. Мало-помалу она согрелась.
Когда она вышла из ванной, по паркету сияющей дорожкой протянулись лучи вечернего солнца, проникавшие через окно.
В спальне Памела повесила халат на крючок и голая встала перед большим зеркалом.
Втянула живот, приподнялась на носки и стала рассматривать себя — сморщенные колени, бедра, рыжеватые волоски на лобке.
Плечи, покрасневшие от горячей воды.
Памела надела тонкий халат, ушла на кухню и села за стол с айпадом в руках.
С тяжело бьющимся сердцем она читала рассуждения журналистов об убийстве Йенни Линд. Полицейские власти еще не сделали заявления, но в интернет уже просочилась информация об ордере на арест. А также имя и фотография Мартина.
Щелкнув по ярлыку почтовой программы, Памела увидела в ящике письмо из социальной службы. Она открыла письмо и стала читать.
Решение по делу об опеке (в соответствии с Законом «О социальной службе», 11 глава, пункт 1)
Нами, по поручению Комиссии по усыновлению, было принято решение отказать Памеле Нордстрём, подавшей заявление об опеке над ребенком и обеспечении ему/ей временного или постоянного содержания и воспитания.
Ввиду появления новой информации, касающейся Мартина Нордстрёма, Комиссия рассматривает проживание в вышеуказанной приемной семье как прямую угрозу безопасности ребенка (Правила и общие рекомендации Управления здравоохранения и соцобеспечения, 2012:11, глава 4, пункт 2).
С ощущением ледяной пустыни внутри Памела поднялась, подошла к бару и достала бутылку «Абсолюта» и стакан. Налила, выпила.
Им отказали из-за ареста Мартина, это очевидно, подумала Памела и выпила еще. Комиссию можно понять, но Мартин невиновен, его могут выпустить в любую минуту, и от понимания этого факта все ощущалось как одна чудовищная несправедливость.
Памела дрожащими руками налила себе еще водки и осушила стаканчик в два глотка, отчего язык и небо на время потеряли чувствительность.
Она со стуком поставила бутылку и стаканчик на стол и снова села.
От водки жгло в желудке, взгляд уже слегка расфокусировался.
Сосредоточившись, Памела перечитала письмо об отказе, отыскала соответствующие статьи Закона «О социальной службе» и Правил и общих рекомендаций Управления здравоохранения и соцобеспечения. Наверняка решение комиссии можно оспорить в административном суде.
Памела допила оставшуюся в стакане водку и позвонила Мии.
— Здравствуй, Мия, это Памела…
— Подождите, — перебила Мия и заговорила с кем-то еще: — Слушай, прекрати, мне надо ответить… Ну-ну, сам ты… Алло.
— Что там?
— Да Понтус. Стоит под окном и поет, — радостно объяснила Мия.
— Я видела фотографию в Инстаграме — он очень симпатичный. — Памела сама услышала, что язык у нее слегка заплетается.
— Знаю, мне полагается в него влюбиться, — вздохнула Мия.
Памела обернулась к окну и взглянула на парк. Там загорали, лежа на лужайке, взрослые, дети играли вокруг маленького бассейна.
— Я должна тебе кое-что сказать, прежде чем ты услышишь это от кого-то еще. — Памела постаралась собраться с мыслями. — Мия, социальная служба отказала мне.
— Понятно.
— Но отказала необоснованно, и я буду обжаловать отказ. Еще ничего не решено окончательно, ты не думай.
— Я поняла, — тихо сказала Мия.
В трубке стало тихо. Свободной рукой Памела открутила крышечку бутылки, крышечку положила на стол и начала наливать водку, однако остановилась: послышалось бульканье. Памела выпила то немногое, что налилось в стакан, поколебалась и хлебнула прямо из бутылки.
— Все устроится, я обещаю, — прошептала она.
— Мало ли кто что обещает, — вяло сказала Мия.
— Все это — просто дурацкое недоразумение. Полиция считает, что Мартин замешан в убийстве.
— Погодите. Это про него везде пишут?
— Но он не убивал, это просто дурацкое недоразумение, — повторила Памела. — Честное слово. Ты же сама знаешь, полицейские иногда ошибаются. Знаешь ведь?
— Мне пора.
— Мия, ты можешь звонить мне, когда…
