— В бане, она как раз неподалеку, там дядя Саша работает, вы ему скажите, что от Воробья, он вас бесплатно пустит, но только в понедельник, потому что это день для бедных.
— Пиши, Пашка: баня по понедельникам у дяди Саши, — подтолкнул брата Женя.
— А еду где брать?
— Во вторник и четверг — в столовке для бедных, но там надо быть настороже — милиция заходит и бездомных детей отлавливает. Еще можно у тети Риты на Московском вокзале что-нибудь перехватить, но это на крайняк. Так, где же еще? — Воробей запустил пятерню в буйную шевелюру. — Вспомнил! У метро «Лиговский проспект» ночлежка есть, туда иногда полевая кухня еду привозит, еще соседнее кафе на задний двор выносит ящики с объедками — вот там настоящие деликатесы бывают.
— Ящики с объедками, — теперь растерялся Женя, кинув на брата вопросительный взгляд. «А может, останемся?», — прочитал Пашка в его глазах и отрицательно замотал головой, вспомнив о лошадином помете в своей постели.
— На работу вас никто не возьмет, а вот попрошайничать в пригородных электричках можете. Подойдете к Арсену, это такой здоровый дядька в кожаной куртке и с глазами навыкате, он всегда сидит в кафе «Гончар» на Гончарной улице, скажите ему, что мои друзья, если вы ему понравитесь, он вас к себе в бригаду возьмет. Будете ему половину денег каждый день отдавать и жить припеваючи. Только не обманывайте его. У него жена на картах гадает, если кто обманет, сразу говорит.
Братья выполнили все инструкции Воробья: нашли его гнездо, понравились Арсену и зажили свободной от Васькиного террора жизнью, спрятав в памяти, как в волшебной китайской коробочке, воспоминания о прошлом, наполненном любовью и заботой погибших родителей.
Со временем Арсен устроил их жить в вагон, где они и познакомились с Лешкой.
Не обращая внимания на моросящий дождик, Лешка несся к храму со всех ног. Издалека начал он высматривать высокую фигуру деда Андрея, но его не было видно. «Наверное, я слишком рано пришел. Ничего. Подожду», — Лешка сбавил шаг.
— Дед Андрей, ты здесь? — крикнул он на всякий случай, обходя храм.
— Нет здесь твоего деда, я за него, — раздался незнакомый молодой голос, и ему навстречу вышел парень в защитной форме.
— А где дед? — Лешка чуть не заплакал от огорчения.
— В больнице Андрей Петрович. Инсульт у него, — парень с сочувствием посмотрел на мальчика. — Что же ты — внук, а не знаешь?
— Болел я долго, — тяжело вздохнул тот. — Знаешь адрес больницы?
— Адрес больницы, — парень достал мобильный телефон и начал нажимать на кнопки. — Вот, нашел. Записывай.
— Говори, я запомню, — сосредоточился Лешка.
Скорая отвезла Андрея Петровича в «Мариинку». В отделении кардиологии его положили в коридоре, но он не роптал, тихо молился про себя и благодарил сестричек за уколы и капельницы. Ласковый терпеливый старичок пришелся одной из них по душе, и вскоре по ее хлопотам его перевели в многоместную палату.
На этот раз Андрей Петрович шел на поправку медленно, а ему обязательно надо было выкарабкаться, чтобы осуществить задуманное — покрестить бездомного кареглазого мальчонку, поближе с ним сойтись, а там, если Бог управит, забрать к себе. «Придет мальчонка, а меня нет, — переживал дед Андрей, — хоть бы ему сказали, где я».
Однажды вечером, спустя две недели его пребывания в больнице, в палату заглянула дежурная сестра.
— Кто у нас дед Андрей? — спросила она недовольным голосом.
— Я, а что? — приподнялся на кровати Андрей Петрович.
— Вас какой-то мальчик уже с полчаса кричит под окнами ординаторской.
«Алеша! — сразу догадался старик. — Нашел меня, постреленок!»
— Это внучок мой! Сестричка, можно я к нему спущусь? — он умоляюще посмотрел на женщину.
— Идите, только недолго.
— Дед Андрей! — крикнул Лешка, кинувшись обнимать похудевшего, осунувшегося сторожа.
— Лешенька! — тот с трудом удержался на ногах от невольного толчка. — Ты, брат, поаккуратнее со мной, смотри не урони.
— Да я тебя скоро на руках носить буду! — хохотал мальчик, пытаясь приподнять старика.
— Давай присядем, сынок, — Андрей Петрович опустился на лавочку.
Лешка, усевшись рядом, тут же прижался к нему и, став серьезным, спросил:
— Дед Андрей, ты себя как чувствуешь?
— Слава Богу, хорошо. А теперь, как тебя увидел, вообще замечательно, — старик погладил Лешку по широкой макушке, — воробушек ты мой кареглазый. Бог даст, скоро выберусь отсюда, и тогда ждут нас с тобой перемены.
— Какие перемены, дед Андрей?
— Решил я тебя к себе забрать. Хватит тебе бомжевать. А там, если Господь управит, возьму над тобой опекунство. Хочешь?
Вместо ответа Лешка заплакал.
Быстро покинуть «Мариинку» у Андрея Петровича не получилось. Он простудился, и опять начались уколы и капельницы. Больницу в связи с эпидемией гриппа закрыли на карантин, и посещения отменили. Но Лешка нашел общий язык с вахтершей и передавал через нее пакеты с соками и фруктами, на которые тратил большую часть заработанных честным попрошайничеством денег.
