Небритый мужчина, с которым он затеял беседу, одетый в потрёпанное пальтишко,
уставился на него ясными радостными глазами.
- Седьмой Ангел скоро протрубит, - сообщил он.
- Не валяй дурака! - оборвал его Шабанов. - Или не признал?
- Слышу цокот копыт. Всадники Апокалипсиса.
- Это обычные цирковые кони. И джигиты верхом на них. В чём дело?
Но Петька Златоуст, не обращая на него внимания, продолжал вещать о трудностях
жизни среди стай саранчи, рек крови, жаб. Шабанов понял, что говоривший обращается не
только к нему — вокруг стал собираться народ. Многие щедро подавали. Кто деньгами, кто
продуктами. Легко торговать страховыми полисами непосредственно после урагана, хотя и
смысла в том ни на грош. От прошлых убытков уже не спастись, но будущие пестрят в глазах
огненными нулями.
- Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний.
Шабанов раскрыл бумажник, вытащил какую-то купюру, не заботясь о её достоинстве.
Сунул в руки блаженного.
- Вот добрый человек! - раздалось откуда-то сбоку.
Он развернулся и побрёл по тротуару в сторону припаркованной машины.
Хьюстон, 2016
Document Outline
ЗЕРКАЛО
