В-третьих, мы видим то, какие широкие возможности открываются перед нами, если с Вашей помощью мы сможем взять контроль над данным террористическим движением или же и вовсе ликвидировать экзорцистов, подменив их своими управляемыми людьми в глазах российской общественности. Полагаю, мадам, Вы согласитесь, что перспектива объединить в наших руках возможности и кнута в виде контроля над чёрными списками и пряника в виде выдачи индульгенций в отношении лояльных Легиону фигурантов списка потрясает воображение. Это уже не просто отбор членов клуба среди каких-то там неудачников, попавших в списки экзорцистов – это уже инструмент для включения в клуб любого интересующего нас российского чиновника…».
«Поступиться частью контроля над организацией ради её сохранения и дальнейшего роста – рациональный деловой подход, достойный похвалы…» – с пониманием улыбнулась Рейчел, мягко вопросительно добавив – «И всё-таки в чём Ваш, лично Ваш интерес, Георгий в переговорах с нами? Всё же Вы – кадровый офицер, столько лет, работавший в рядах российской контрразведки. Что заставляет Вас переступить эту незримую черту?».
«Я мог бы долго рассказывать Вам, мадам, о том, что худой мир в переговорах с Вами для всех нас и, в том числе для государства российского, на мой чисто субъективный взгляд, намного лучше той бесполезной и кровавой войны, войны с системой, развязанной экзорцистами с подачи Легасова. Впрочем, к чему нам впустую тратить наше драгоценное время, рассуждая о подобных абстракциях?» – мягко улыбнулся Арзамасов и, видя живой интерес в глазах собеседницы, холодно продолжил – «Я вовсе не идеалист, мадам, и, потому не питал и не питаю никаких иллюзий относительно выбора методов работы для достижения стоящей передо мной цели. Вот и сейчас, мадам, я сижу здесь перед Вами, прекрасно понимая, что именно этот альянс позволит мне сделать очередной шаг – шаг к заветной вершине, расширив границы своей власти и укрепив своё влияние среди элиты российского общества. Шаг, который позволит мне помимо всего прочего отомстить за всё – за унижение, что мне пришлось пережить, и за моих товарищей, погибших от рук экзорцистов…».
«Мне кажется, я понимаю Вас…» – улыбнулась Стивенсон, чутко уловив эмоции, с последними словами пробивавшиеся сквозь внешне спокойное лицо молодого человека, рассудительно продолжив – «Ваше небольшое деловое предложение, Георгий, весьма и весьма интересно, но, в плане его практической реализации имеется небольшая сложность. Дело в том, что один наш общий знакомый, миллиардер-основатель одной из наиболее успешных и закрытых финансовых империй на УоллСтрит, знает весь этот наш небольшой проект довольно глубоко. Достаточно глубоко для того, чтобы воспрепятствовать любому подобному альянсу. Принимая во внимание, что речь идёт об американском гражданине и, при этом, достаточно известной публичной личности, мы, со своей стороны, не в состоянии повлиять на его действия…».
«Вам не стоит беспокоиться об этом, мадам…» – широко улыбнулся Арзамасов, мягко добавив – «Ибо за достаточно короткое время наш знакомый, Алик Легасов, нажил себе на удивление много влиятельных и могущественных врагов, как в России, так и за её пределами. И мне почему-то кажется, мадам, что в этих условиях с ним неизбежно произойдёт какая-нибудь трагическая случайность, в случае если где-нибудь за рубежом он ненадолго останется без пристальной опеки Ваших американских коллег…».
Стивенсон понимающе улыбнулась и, мягко поправив рукой прядь волос, задумчиво произнесла – «В этом случае наша с Вами задача значительно упрощается. Разумеется, мне потребуется определённое время, чтобы согласовать подходы с руководством и утрясти некоторые формальности…».
«Мадам, …» – начал фразу молодой человек.
«Георгий, зовите меня Рейчел. Просто Рейчел…» – с широкой улыбкой произнесла женщина, дружелюбно протянув руку собеседнику…
Лаптев, сидевший за массивным лакированным столом в администрации области в своём привычном тёмном пиджаке и чёрных джинсах, украдкой взглянул на часы, красноречиво свидетельствовавшие о том, что совещание со строительным подрядчиком, проводимое под эгидой советника губернатора Свердловской области по реализации социальных и инфраструктурных проектов, Вячеслава Игоревича Бирского, сильно затянулось.
