Девушку, единственная вина которой состоит лишь в том, что она, как и вы, совершила свой суд и, вовремя осознав подмену, не спустила курок, отказавшись исполнить приказ. Свершила свой суд, сохранив жизнь – но жизнь не изменнику родины, как это было написано в материалах оперативной разработки провалившегося агента, а бизнесмену – обычному коммерсанту средней руки, выходцу из России, чьи бизнес интересы на родине столь неудачно пересеклись с путями кого-то из наших великих…».
Кира, подняв голову, внимательно посмотрел в смотревшие прямо на него холодные и бездонные зелёные глаза юноши, пытаясь понять то, насколько он может, если вообще может доверять его словам. Спустя несколько секунд, не выдержав интенсивности взгляда, он вздохнул, устало закрыв глаза.
«Я не рассчитываю, что ты, Крис и Лукас поверите мне на слово…» – мягко продолжил Легасов, пояснив – «Все материалы о Габриэль, известной вам как Галина Ярославовна Савиных, и информация о проваленном ею последнем задании будут в том же ящике на автовокзале. Я надеюсь, что проведя их объективный анализ и верификацию в спокойной и непринуждённой обстановке, вы втроём сможете принять взвешенное правильное решение. Ибо вас подставили – точно так же как в своё время подставили Габриэль. Подставили – заставив работать вслепую в чьих-то сугубо корыстных интересах, убедив ложными данными оперативных разработок, что всё, что делается – делается во благо безопасности и процветания великой державы…».
«И всё-таки, почему она – именно она?» – раздумывая над сказанным гостем, с недоумением переспросил Зарин, до сих пор не видевший ни малейших оснований для подобного сильного интереса юноши, кем бы он там ни был, к рядовому объекту их очередного оперативного задания…
«Мы заключили с ней небольшой договор…» – глядя прямо в глаза собеседнику без колебаний ответил Легасов, спокойно с улыбкой пояснив – «Дело в том, что я попросту не мог допустить, чтобы столь умная, талантливая и принципиальная девушка, радеющая за своё отечество, до конца своих дней осталась замаливать грехи в этой мексиканской глуши. Чужие грехи…».
Ожидав услышать в ответ всё что угодно, но только не это, Кира, едва не потеряв дар речи, медленно произнёс – «Чёрт побери, Алик, да кто ты такой – кто ты на самом деле? С одной стороны, для постороннего ты на удивление слишком многое знаешь, с другой стороны – ты ведь не один из нас – ты не из нашей системы. В этом случае кто ты?».
