«Людмила, я американский гражданин и миллиардер. Вы всерьёз полагаете, что моё временное пребывание в госпитале Нью-Йорка, пусть даже под псевдонимом, даёт им какие-либо основания ограничивать мою свободу передвижения? Даёт основания предъявлять какие-либо требования и ультиматумы?» – мягко поинтересовался Легасов в ответ, с улыбкой пояснив – «Полагаю, Вам не стоит делать выводы о методах работы заокеанских коллег, исходя из своего, безусловно, богатого, но всё же сугубо российского опыта в данных вопросах. США – это ведь поистине рай земле… Рай для юристов, ибо в этой стране юристы никогда не останутся без работы, ведя свою вечную битву за законные, а иногда и не вполне легальные интересы своих и даже чужих граждан. В этих условиях даже центральное разведывательное управление США, со всеми их амбициями, прекрасно понимает, что в случае возникновения любых проблем, привлечённые мною юристы по обе стороны Атлантики, спустят собак, заставив их в полной мере заплатить своей репутацией в суде, а впоследствии и своими погонами при отчёте сенату и парламенту…».
«И ты, разумеется, не имеешь ни малейшего понятия о том, что произошло здесь за всё это время?» – продолжила допрос Велисарова, пристально глядя на консультанта.
«Я спал, но, представьте себе, даже там мне снились кошмары о том, что у Вас тут происходит!» – широко улыбнулся Алик, с иронией добавив – «Людмила, всё, что я знаю – это информация из открытых источников, с которыми мне удалось познакомиться за последние несколько дней и ничего более…».
«И после всего этого высокопоставленное руководство администрации с подобной лёгкостью принимает решение о твоём включении в состав группы с неограниченными полномочиями?!» – эмоционально переспросила Велисарова, наконец, озвучив мучительно терзавший душу вопрос, с возмущением продолжив – «Вот так вот просто? Безо всяких веских на то оснований? Полностью доверяет тебе, несмотря на твои отношения в прошлом с экзорцистами и британской разведкой?! Доверяет, после всего того что было? После международных скандалов с фондом «Развитие» и силовым освобождением Элис Фостер?».
«В целом да – всё именно так…» – улыбнулся Легасов, допивая кофе.
Руководитель группы с явным раздражением молча развела руками, даже не зная, что и сказать на подобный ответ, граничивший с явным лицемерием со стороны независимого консультанта…
«Впрочем, Людмила, если Вы нальёте мне чаю, я охотно поделюсь с Вами своими соображениями на этот счёт…» – одобрительно кивнул Алик.
Велисарова, не особо привыкшая к подобному обращению, недовольно покачала головой и, нехотя включив чайник, с лёгкой иронией в голосе произнесла – «Что ж… Зато теперь я точно уверена, что ты именно Алик – Алик Легасов, собственной персоной. Ибо никто иной не в состоянии вызвать столько негативных эмоций у психологически нормального человека всего за несколько минут разговора…».
«Это стресс. Просто стресс и ничего более – по всей видимости, Людмила, Вашему сознанию, явно уставшему от постоянных переработок в течение последних полутора лет, нужен нормальный полноценный отдых…» – улыбнулся молодой человек.
Спустя несколько мгновений руководитель группы сняла чайник с подставки и наполнила кипятком две стоявшие чашки с пакетиками чёрного чая.
«Возможно, это покажется Вам странным, Людмила, но я вовсе не вижу ничего удивительного в последних действиях руководства. Всё это – не более чем, адекватная и прагматичная реакция политиков, на сложившуюся взрывоопасную ситуацию…» – произнёс Алик и, осторожно взяв в руки чашку с чаем, в ответ на удивлённое выражение лица Велисаровой, продолжил мысль – «Все они, политики – люди которым чужды понятия добра и зла, справедливости и доверия, идеалов и высоких целей. Все они мыслят своими категориями выборов и рейтингов, поддержки и влияния, спокойствия электората и систем сдерживания и противовесов.
Всё что им нужно – это решение насущной проблемы, которое Вы, как руководитель межведомственной оперативно-следственной группы, не смогли им предложить за всё это долгое время, и которое они, к своему явному удовлетворению, нашли его в моём лице…».
«Все мы сделали всё, что от нас зависело!» – с заметной обидой и горечью в голосе произнесла Велисарова, эмоционально продолжив – «Все эти полтора года члены оперативно-следственной группы работали по пятнадцать-шестнадцать часов в сутки без отпусков и отгулов! Проведена огромная работа по систематизации и уточнению многочисленных фактов, подготовлены психологические портреты и фотороботы подозреваемых, предприняты тысячи оперативно-следственных действий, давших свой результат! И после этого ты, говоришь, что мы ничего не смогли им предложить?! Что мы все не оправдали ожиданий высокого руководства?!».
