Легасов вышел из лифта на четвёртом этаже здания главного следственного управления и медленным шагом направился в сторону до боли знакомого конференц-зала, в котором по устоявшемуся обычаю располагался штаб межведомственной оперативно-следственной группы, работавшей по делу. Заглянув по пути в приёмную Александра Владимировича Пухова и запася в руках пластиковый стаканчик с свежесваренным кофе, заботливо приготовленным секретаршей, очевидно, принявшей молодого человека за очередного посетителя своего руководства, Алик дошёл до конференц-зала. Открыв дверь, юноша махнул рукой коллегам, приветственно добавив шаблонную фразу «Добрый день!», привычно пройдя к окну, открывавшему вид на раскинувшуюся внизу набережную Яузы…
Велисарова Людмила, что-то активно излагавшая своим коллегам по группе, моментально умолкла, как казалось, полностью потеряв дар речи. Следователь медленно подняла глаза на стоявший в двух метрах от неё невесть откуда материализовавшийся призрак независимого консультанта по юридическим вопросам. Взглянув на неестественно бледное лицо молодого человека, она почувствовала, как по всему её телу пошли мурашки…
Видавший многое на своём веку Александр Владимирович, медленно протёр свои заметно увеличившиеся от удивления глаза, после чего едва слушавшейся его рукой, взял графин в попытке налить себе спасительный стакан воды, щедро залив лежавшие рядом с ним на столе многочисленные документы…
Артём открыл рот, пытаясь произнести что-то приветственное в ответ на фразу незнакомца, но, увидев лицо молодого человека, замер от неожиданности, с неподдельным ужасом смотря по сторонам на своих отнюдь не менее шокированных коллег…
Лицо Александрова, уютно покачивавшегося на стуле с копией последнего отчёта в руках на дальнем кольце стола возле местной кофе машины, вытянулось от удивления. Потрясённый увиденным, нервно оттолкнувшись заметно сильнее, чем следовало, Антон потерял равновесие, с грохотом распластавшись на полу в дальнем углу зала, запустив в воздух ворох листов, ещё несшитого отчёта…
Остальные члены группы замолкли – в зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь бешеным биением сердец…
Едва оправившись от ударившего по нервам грохота падающего стула, генерал, как и многие другие члены группы, чуть не получил сердечный удар, когда дверь конференц-зала со всей силы распахнулась и в комнату буквально влетел Виталий.
«Коллеги! Коллеги! Провокация!» – едва успел выпалить во весь голос Семёнов, до того, как увидел перепуганные до смерти лица присутствующих. После этого взгляд Виталия предательски скользнул к расположенному прямо напротив двери окну, возле которого, стоял молодой человек в тёмно-синем пиджаке, на до боли знакомом бледном лице которого, застыли улыбка и лёгкое неподдельное удивление. Его силуэт, освещаемый ярко бившими лучами заходившего Солнца, как казалось, возвышался над сидевшими за столом членами оперативно-следственной группы…
Поражённый зрелищем до глубины души Семёнов, произнеся что-то неразборчивое, перекрестился…
«Что у Вас там, Виталий?» – буднично поинтересовался призрак независимого консультанта.
«И-Интервью…» – односложно ответил Семёнов, ошарашенно глядя на остальных присутствующих, очевидно, пытаясь убедиться в том, что это не его собственная аудио-визуальная галлюцинация…
«Где?» – с интересом продолжил молодой человек.
«В-В эфире…» – еле выговаривая слова, произнёс подполковник агентства информационной безопасности.
«Чьё интервью?» – настойчиво переспросил юноша.
«Л-Легасова…» – с заметной дрожью в голосе ответил Виталий.
«И?» – многозначительно поинтересовался молодой человек.
«Ведь он… В смысле он же…» – оправдывающимся тоном ничего не понимая пролепетал Семёнов.
«Что ещё с ним?» – с широкой улыбкой с энтузиазмом переспросил Легасов.
Виталий растерянно пожал плечами, не в силах сформулировать ответ…
«Алик?! Но как?!» – тихо прошептала Велисарова, добавив – «Что ты здесь делаешь?».
«Видя ваши страдания и тьму, окончательно поглотившую ваш разум, коллеги, в моё отсутствие, мне пришлось отложить свои многочисленные дела и вернуться сюда к вам…» – широко улыбнулся консультант и, многозначительно показав пальцем вверх, пояснил – «Впрочем, вам не о чем волноваться, ибо моё возвращение согласовано там – на самом верху…».
Семёнов, почувствовав, как предательски подкашиваются его колени, нащупав стоявший рядом стул, осторожно сел на и ещё раз перекрестившись, взглянув в потолок, тихо произнёс – «За какие же прегрешения, Господи?! За что?! Зачем ты послал именно его?! Неужели во всём царствии твоём не нашлось…?!».
«Разве это возможно?!» – тихо вторила Велисарова, с ужасом глядя на замершую возле окна призрачную фигуру безвременно покинувшего их независимого консультанта.
«Видать, вам, коллеги, без меня тут совсем плохо было…» – с ироничной улыбкой произнёс Алик и, с подозрением покосившись на Виталия, сделал глоток ароматного кофе, мягко добавив – «Вот уже, вижу, и последние самые стойкие и здравомыслящие атеисты покинули наши грешные ряды, окончательно уверовав в Бога…».
