— Хм… — Мария нахмурилась, — Кажется, любовь не лечит… кругом одно враньё! — с притворной злобой погрозила она кулаком небу.
Чезаре не сразу сообразил, что она имеет в виду.
— Может, это твой бог таким образом гарантирует, что я не совращу тебя хотя бы до вечера?
— Ну да, чтобы не травмировать психику девственницы в теле развратницы, — рассмеялась девушка.
Чезаре усмехнулся. Эта пикантная деталь не была для него новостью, но шуток на эту тему он предпочитал избегать.
— Ну, пусть работает… пока. Хотя если он так старается уберечь тебя от психологических травм, то непонятно, где он был до этого.
— Пути Господни неисповедимы, — пожала плечами Мария, — В любом случае, тебе надо к Рейко. Думаю, она уже закончила со студентами.
— Надо, конечно, — не стал спорить мужчина, — Но это не срочно. Что же до Бога… — кардинал ухмыльнулся, — Что ж, в таком случае его обязанности и дальше буду исполнять я. Получается пусть не идеально, но смею надеяться, приемлемо.
— С непорочным зачатием ты точно облажаешься, — во весь голос рассмеялась паладинка и вновь стукнула его по плечу.
— Ну, непорочность и я — вообще понятия плохо совместимые, — парировал шпион, — Но, по крайней мере, оберегать тебя у меня получается явно лучше, чем у него.
— Ну так люди и являются основой армии Господа, — усмехнулась Мария, — Об этом даже киношники Голливуда знают. Ходил бы ко мне на лекции, был бы в курсе.
— Пусть так, — пожал плечами Чезаре, не собираясь затевать спор на тему религии. Он был атеистом, она ревностной католичкой: ничего хорошего из этой темы по определению не выйдет.
— К себе на лекции, пожалуй, зазывать не буду… Тем более после сегодняшнего.
Девушка состроила притворно-настороженную моську.
— И что же там такого происходит на твоих лекциях, что мне там лучше не появляться… тем более после сегодняшнего?
— Как что? — с наигранным удивлением переспросил макиавеллист, — Рассказываю об интригах, предательствах и прочих пакостях, которые просил тебя оставить мне. А ты что подумала?..
— Я ничего не подумала, — честно призналась Мария, — Потому и спросила.
Что на это ответить, Чезаре не придумал. Снова воцарилось молчание. Кардинал просто молча сидел, прижимая к себе послушницу, и наслаждался моментом…
— Ну-у… хорошенького понемножку, — улыбнулась она через некоторое время, — Кажется, Лили надоело кострировать клумбы.
Чезаре вздохнул со всей скорбью мира, но все же неохотно признал ее правоту и начал подниматься. С изрядным трудом, учитывая полное отсутствие опоры.
— Думаю, можно уже меня спускать, — заметила девушка.
— Можно. Но нужно ли?
— Думаю, нужно, — уже серьёзно сказала Мария, — Тебе нужно к Рейко, а мне — к Лили.
Шпион пожал плечами, но все же поставил ее на землю.
— Что ж, в таком случае, с нетерпением жду вечера.
— Ты там, главное, лечись хорошо. Ладно, я побежала по делам!
Что характерно, в данном случае фигура речи понималась буквально. Мария именно что побежала. Какое-то время Чезаре, улыбаясь, смотрел ей вслед. Затем улыбка исчезла с его лица, и он почувствовал, как теплота, с которой он смотрел на любимую и даже просто думал о ней, отступает куда-то в глубину глаз, сменяясь тем самым льдом, который он так не хотел видеть в ее глазах. Когда он снова встретится с ней, лед снова отступит, и ему снова не будет дела ни до чего, кроме нее. Но сейчас самое время заняться делом.
Поэтому Чезаре отправился не к Рейко, а к Эйхту. Лис чуял след добычи и не собирался ее упускать. А то, что эта 'добыча' вполне могла сожрать самого лиса, еще сильнее прибавляло остроты…
Гадая, какую именно пакость могло означать известие, что ему может вскоре понадобиться новый объект, Тадеуш дошел до спортзала. К своему удивлению, Розового Кошмара он там не обнаружил: вместо нее стояла незнакомая ему китаянка в военной форме и с фрейдистских размеров мечом на плече.
— Здравствуйте, пани… — сказал он, подходя, — Не подскажете, где можно найти пани Акеми?
— Упорхнула пташка. В декрет, наверное, — пожала плечами женщина, — Так что я за неё.
Она повернулась в сторону Сикоры.
— А ты у нас кто?
— Тадеуш Сикора, пани… Я пришел слишком рано?
Последнее предположение было вызвано тем, что других студентов вокруг не было.
— Не то чтобы очень, — ответила она, потягивая сигарету, — Минут на двадцать раньше, чем нужно. Зато хотя бы можешь быть уверен, что не опоздаешь.
— Могу я узнать ваше имя, пани? — спросил студент.
— Чанг, — ответила она, — Сержант Мелисса Чанг. Можно просто 'мэм' или 'ваше сиятельство', если вдруг забудешь имя, — ехидно добавила преподавательница.
— Вас понял, пани Чанг, — Тадеуш коснулся рукой ошейника, — Вынужден вас попросить в случае, если я начну себя вести неадекватно агрессивно, вырубить меня — это вернёт в меня в… нормальное состояние сознания. И заранее приношу извинения за все неудобства, которые я могу доставить в этом… состоянии.
— Мог бы и не говорить, я всегда так делаю со студентами, буянящими на уроках.
Она пожала плечами.
— Хотя иногда я их рублю мечом. Или сдираю шкуру. Или засовываю в задницу пулемет. Но это зависит от настроения, а оно у меня сегодня хорошее.