— Меня тошнит от этих ваших игр, — прорычала Лилия, глядя, как Финелла, не обращая на нее внимания, изучает отрубленную руку Джейка. Линия сруба проходила почти по самому краю, но магическое пламя заставило некогда зеленый протез почернеть.
— Пусть так, — пожал плечами Чезаре, — Быть пешкой в чужой игре без надежды попереставлять фигурки самой — сомнительное удовольствие… Но ничего с этим поделать ты не можешь. Фигуры не сбегают с доски… Если, конечно, ни одна из сторон не жульничает. Тебе стоит утешиться тем, что именно благодаря 'этим нашим играм' Тадеуш до сих пор жив и даже не в тюрьме. И благодаря им же он скоро будет свободен от Джейка… Если, конечно, ты не наделаешь глупостей.
Он пробовал взяться за протез с разных сторон, пошевелить пальцы и даже прикрепить к обрубку своей руки, но все впустую. Неужели он рассчитывает, что обугленная деревяшка сохранила свою силу? Что за глупость…
Однако присмотревшись, Тадеуш понял, что силу она как раз сохранила. Если не всю, так большую часть. Но Финелла не смог бы овладеть ею. Флора создала свой синтай, чтобы им пользовался Джейк, а не кто попало.
'Но ведь у нас есть кое-кто… Как бы ни было противно признавать, идентичный ему во всем, в том числе и в сигма-структуре'
— Твоюжналевоблин…
Однако, никто его не услышал. Разбираться с этим придется самому. Тадеуш попробовал сосредоточиться на протезе и приказать ему подчиниться. Палец чуть шевельнулся, но не более того.
Что-то было не так. Почему у Джейка легко получалось, а у него нет? Ведь пани Рейко четко сказала, что они идентичны. И все же оно не работало. Почему? Это едва ли были загадочные заклинания: похоже, что ни Джейк, ни Флора в них не нуждались. Вывод: что-то все-таки отличалось.
Отставить вариант 'просто Джейк ублюдок'! Такой подход неконструктивен и, что более важно, необъективен. Хотя в рамках подготовки проекта Тадеуш немало узнал о связи души с магией, но… это значило бы, что ему бы потребовался новый синтай после каждого обмена. Не говоря уж о том, что собственную силу они могли забирать друг у друга свободно, — значит, на этом уровне они также не различались.
В чем же разница? Это должно быть что-то простое и четкое. Например…
…у Джейка не было руки.
То есть, получалось, что Тадеушу необходимо отрубить себе руку, чтобы использовать протез? Логично, но неприятно. Хотя, стоп. Строго говоря, в данный момент у него и не было руки. Как и тела.
Тадеуш попытался 'всунуть' свою призрачную руку в протез и таким образом соединиться с ним, после чего посмотрел на дерево рядом, мысленно представляя, как оно превращается в телегу.
И… получилось. С громким скрипом дерево склонилось к земле, а потом начало постепенно менять форму. Пока, наконец, из него не получилась небольшая, но вполне добротная кибитка.
— Смотрите! — удивленно указала на нее Лилия, — Вы это видите!?
— Отлично, — кивнул Чезаре, — Грузим их.
В подтверждение его слов Тадеуш поднял вверх большой палец протеза.
— А вы уверены, что это безопасно? — осторожно спросила девушка.
— Не уверен, — ухмыльнулся преподаватель, — Тем веселее.
Он помотал головой, видимо, подумав, что для Лилии это вряд ли аргумент, и добавил:
— В любом случае, лучшего варианта у нас, кажется, нет. Пассивно ждать Эйхта еще более рискованно.
Тем временем внимание Тадеуша на секунду переключилось и на Лилию, и дух, улучив момент, провел пальцем призрачной руки, не занятой протезом, по спине девушки от шеи до копчика. Вёл он палец тыльной стороной, памятуя о когтях и не желая поранить девушку. Та вдруг подпрыгнула:
— Здесь есть кто-то.
— Вполне допускаю, — спокойно ответил Чезаре, перекладывая Джейка, — Это ведь не сигмафин, не так ли? — добавил он, глядя куда-то в сторону. Где находится Тадеуш, он, конечно, не видел.
Продолжая хихикать, Сикора совершил протезом жест, будто пытаясь почесать голову. В результате, правда, получилось так, что протез почесал голову пану Финелле.
— То есть, это не вы им управляете? — доверия в голосе Лилии почему-то не прибавилось.
— Не я, — покачал головой Чезаре, — Но кажется, я знаю, кто, — он выразительно посмотрел на тело Тадеуша, — И надеюсь, что наш 'водитель' помнит дорогу.
Поняв, что его раскрыли, поляк ничуть не расстроился, а наоборот, рассмеялся ещё сильнее, показав протезом жест 'мир', а потом указав большим пальцем на кибитку, приглашая пассажиров занимать свои места.
— Но… этого не может быть, — произнесла девушка.
— Никогда не говори таких слов при Рейко, — рассмеялся итальянец, — Когда я в последний раз упомянул при ней невозможное, она ответила, что невозможными остаются разве что путешествия во времени. Через несколько месяцев изобрели 'Хронос'.
Чезаре улыбнулся своим воспоминаниям. Как-то ностальгически улыбнулся.
— А сейчас садись и поехали.