Зеркало Души полностью

— Наверное, хорошо. У меня ведь нет воли. Только программа, которая велит мне помочь человечеству выжить и выйти на новый виток эволюции.

— И… Каков же путь 'эволюции' человечества по вашему мнению, Нарьяна-сама?

Директор явно не собиралась щадить разум японца.

— Я не имею права решать за людей. Это их эволюция. Я могу лишь только подтолкнуть её. Но тебе следует радоваться.

Она остановилась и коснулась рукояти вакидзаси.

— Век меча вернулся.

Рю, однако, не радовался. Напротив, его ответ звучал печально:

— Раньше я думал, что меч — это орудие правосудия. Теперь мне нечему радоваться, Нарьяна-сама. Я знаю, что любое оружие — орудие убийства, и от этого не уйти даже святому. Не то что человеку вроде меня, убившему против своей воли и личности многих людей, которые заслужили это лишь тем, что шли за новым вопреки старому.

Нарьяна взялась за рукоять меча и поднесла лезвие к глазам.

— Знаешь… а ведь твои предки верили, что он — живой.

Директор небрежно швырнула его через плечо.

— Это не так. Этот клинок — лишь железяка. Всему виной самурай с калибуром вместо катаны. Вот его клинок был 'живой', а все эти поделки — лишь желание приблизиться к тому идеалу.

— Но такие люди, как я, способны сделать любой клинок 'живым'… в самом худшем смысле этого слова. Это часть эволюции? Разве сигма подталкивает людей? Тогда к чему? Я ведь всего лишь не хочу ни у кого отнимать жизнь и шанс на счастье…

Нарьяна слегка удивилась:

— Твой клинок не оживёт сам по себе, как этого не сделает кукла в руках мастера марионеток. Разве может быть живым нечто, не имеющее души?

— В сознании людей, на символичном уровне… нет разницы, — Рю опустил голову, — Я был кукловодом клинка и марионеткой чьей-то сигма-программы. А объяснять это могли как угодно… и каждому по-разному. Самая страшная ложь — это та, с которой жил всю жизнь. А культура Японии скорее примет сигму под видом понятной лжи про старинных ками и живые клинки, созданные иемото, нежели как испытание эволюции. Наверное, открытие сигмы — это всё же испытание… А я — одна из жертв эволюции, у которой никогда всё не получается с первого раза.

— В сознании людей и я — человек, и ты — ками, — пожала плечами 'Бог из машины'.

— Но я не могу быть постоянно ками меча, а вы не притворитесь человеком слишком хорошо, — ответил Рю, — Я не верю в силу клинка. Раньше я верил в силу правды, а теперь купаюсь во лжи. Меня обманули, а здесь ещё и объяснили, что так и должно было быть, что так работает этот мир. Интересно, что мне в нём делать, если я пришёл из того мира, где всё по-другому? И вам нет смысла спасать человечество, которое не признает в вас человека. Всё это… странно и неправильно.

Нарьяна выслушала его, не перебивая. А затем дала свой лаконичный ответ:

— Ну и что?

— Не знаю, — ответил юноша, — Но мне плохо от осознания этого. Я не часть новой эпохи, несмотря на то, что я амагус. И даже не часть эпохи меча, несмотря на мои навыки. Кажется, я пришёл из того времени, которого не существовало, не существует и не может существовать в принципе, которое могла родить только ложь.

Он посмотрел на выброшенный меч и понял, что без него ему всё же приятнее идти.

— Иногда так бывает, — сказала Нарьяна, положив руку ему на плечо, — Мы с тобой — те, кто не должен был существовать, но мы существуем. У нас с тобой небогатый выбор. Всего три варианта: помочь живущим, попытаться навязать им наш мир, или же просто умереть никому не интересными кусками плоти.

— Но как я могу помочь? — спросил Рю, — Опять взять в руки меч, забыть, что я уже делал такую ошибку?

Директор лишь развела руками.

— Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Нельзя стать великим, ни разу не ошибившись.

— Мне не нужно величие, — покачал головой юноша, — Моя слава всегда будет запятнана кровью. Даже если я заслужу искупление, мир не забудет, кто я такой. Все, что мне остается, это… Остановить подобных мне, после чего уничтожить себя.

Рю начал слегка дрожать. Кажется, та идея, что он озвучивал, сейчас настолько ясно предстала перед его внутренним взором во всей перспективе времени, что юноше стало не по себе. Он тяжело сглотнул слюну и тихо добавил:

— Иногда кажется, что я схожу с ума. Верю ли я в то, что сейчас сказал?

— Почему нет? — снова пожала плечами Нарьяна, — Забудь об ограничениях. Прошлое остаётся в прошлом, а будущее ещё не наступило. Но мы живём в 'сейчас', когда будущее становится прошлым.

— Беседуя с вами, чувствуешь себя не таким уж сумасшедшим… — мрачно заметил Рю, — Я ничего не понял из этой вашей фразы, но я попробую помочь миру. Даже если он не будет этого хотеть. А вы поможете мне, если я не выдержу? Если стану чем-то вроде того существа, что я убил сегодня…

— Этим займётся Ноэль, — прервала его Нарьяна, кивая в сторону уже показавшегося корпуса школы, — Мой век подходит к концу. По всем расчётам я должна скоро умереть. Она молода и неопытна, но я и не планировала позволить ей действовать одной. Она — не я. Ей этого не дано.

Рю посмотрел на нее без удивления. Он устал удивляться.

— Но ведь без вас Школы не будет, и все придется начинать сначала…