Зеркало Души полностью

Тем временем на крышу вывалила пятерка безопасников, отправленных Нарьяной. Чезаре представил себе, как ситуация выглядит для солдат, не подозревающих о проекте 'сигма-зомби', и усмехнулся.

— Это лишь пустая оболочка, главным был этот, — шпион кивнул на две половинки робоскорпиона.

Сам он тем временем был занят тем, что пытался своим свежеприобретенным чутьем проверить на признаки жизни… Меч-трость, выпущенный Валькельхайном. Подбирая оружие накануне выхода в деревню, он узнал, что такой клинок может быть как просто мономолекулярным мечом, так и сигмафином. Если второе, то есть шанс получить хоть какую-то информацию.

Увы, меч был обычной железкой без каких-либо признаков жизни. Но было что-то еще. Совершенно игнорируя тот факт, что труп с разорванной грудной клеткой пачкал его одежду (все равно красное на красном… почти по Плутарху), Чезаре протянул руку и стал искать предмет, который его инстинкт определил как живой.

Шпион аккуратно снял амулет с шеи коллеги. Слабенький. Скорее всего, с минимально-полезными свойствами. Но сейчас не свойства интересовали его, а информация. Если амулет был на Валькельхайне все это время, то он мог знать то, что уже никому не расскажет контроллер. Может быть, что-то из этого поможет выйти на Неуловимую Джейд.

— Полагаю, у вас есть инструкции, куда девать труп и его снаряжение, — сказал он, после чего направился в лабораторию Рейко.

Однако придя, он обнаружил в дверях целую толпу. Соня и несколько безопасников, один из которых нес на руках бесчувственное тело Лилии Лумхольц.

— Что случилось? — осведомился Чезаре, не спеша заговаривать о деле.

— Это была самозащита, — заявила Соня, — Она напала на меня с ножом. Кричала, что я 'не смею даже смотреть на него'.

— Ну, а вы что? — спросил шпион, прекрасно понимая, кого именно она имела в виду.

— Я… испугалась, — девушка покраснела и зачем-то спрятала руки за спину.

— Ожоги четвертой степени, сломаны рука и позвоночник, — пояснил безопасник, — Время с клинической смерти — примерно полторы минуты. Есть возможность оживить без потерь информации в мозгу.

— Кладите в стазис, я займусь, когда Ячжи восстановится, — ответила Рейко из глубин лаборатории, — Можно обеих.

По поводу 'охоты' она ничего не сказала, но заговорщически подмигнула.

— Да я вроде в порядке, — на теле Сони был порез, но даже для простого человека не опасный, — Я лучше пойду.

— Идите, — кивнул Чезаре, — И постарайтесь больше НЕ ПУГАТЬСЯ.

Когда толпа рассосалась, и в лаборатории остались только преподаватели, Рейко покачала головой и пожаловалась:

— Ужас… У меня уже рябит в глазах от однотипных схем студенческих травм.

— Ну, в таком случае, Ячжи хотя бы проявила оригинальность, — усмехнулся шпион.

— Хоть на том ей спасибо, — вздохнула ученая, усаживаясь на стул, — Хотя меня куда более интересует сама структура благословения… и то, почему она невосприимчива к ЭМИ.

— Ну, кажется, в данном случае это хорошо.

Чезаре подумал, что надо бы до бала позвать Марию на допрос амулета, но не смог заставить себя. Потенциально это может создать проблемы: он все сильнее чувствовал, что не может использовать ее в своих целях. Особенно сейчас.

— Это плохо, — покачала головой Рейко, — Любая уникальная способность союзников значит, что такая же может быть у врага.

— Это так, тем более что судя по всему, где-то в деревне есть как минимум одна неучтенная кицунэ, — согласился Чезаре.

— Необязательно кицунэ. Возможно, просто нечисть того же энергетического уровня.

— Насколько я понял, сущность проклятья связана с сущностью оборотня, — нахмурился мужчина, — А так как одна из мико, судя по упоминаниям, проявляет признаки такого же 'благословения', как у Уильямс… Я подозреваю их лидера: уж очень она себе на уме; но более подробные проверки сегодня уже проводить не буду… Как и в ближайшую пару месяцев, потому что сперва надо наладить отношения с храмом.

— Студенты тебя за такое четвертуют, — заметила она, — Многие из них уже в принципе не представляют, как можно проводить исследования без человеческого материала.

— Любую проблему можно решить, — улыбнулся макиавеллист, — Проблема нынешней ситуации в том, что это именно похищения. Тогда как если отыскать страну с введенной смертной казнью и не участвующую в Хельсинкской декларации… Какую-нибудь банановую республику, вроде Колумбии или Панау… И продавить им договор о передаче обреченных в руки науки… Тогда это не только чуть лучше с этической точки зрения, но и из преступления превращается в обыкновенный бизнес. Взаимовыгодный, в идеале.

— Кстати, я говорила? — вдруг радостно сменила тему ученая, — Я наконец смогла составить программу, делающую проецированные деньги устойчивыми ко всем распространенным проверкам на подлинность!

Чезаре покачал головой:

— Надеюсь, ты не собираешься давать ее студентам в свободный доступ?

— Почему нет? — удивленно спросила она, — Какой толк в открытии, которое не приносит пользу?

— Потому что польза сомнительная, — ответил макиавеллист, — Социализм ты так получишь. Со всеми его недостатками.

— Это так плохо? — подняла брови женщина.