Зеркало Души полностью

— Доктор Штейн контролировала процесс. А гуро убивают тех, кто может им составить конкуренцию. Например, ты опасен для самцов в борьбе за самку, оттого, они будут пытаться тебя убить.

Сикора оступился, и Лилия вцепилась обеими руками ему в шею, опасаясь свалиться. Он уже давно нес ее на руках, хотя усталость давала о себе знать.

— Осторожней! Хм… о чём я… быть может, первое поколение и попыталось бы адаптировать свои органы к слиянию с тобой, но местные Гуро — это изуродованное второе поколение.

— И в чем же их уродство? — спросил Тадеуш, которого информация Лилии, если честно, с каждой минутой радовала все меньше и меньше, — Какова степень совместимости и мимикрии антропогуро и стандартных людей?

— Они усечены. Как детишки для цирка уродцев. Им не дали врасти в должной мере и ещё в детстве распилили на части. Но они выжили и подстроились, — восхищённо ответила Лилия, — А совместимость антропогуро и людей стопроцентная. Отличить второе поколение можно только по малому весу и наростам на голове… и анализом тканей.

— Какие на данный момент прогнозы дальнейшей гибридизации? Антропогуро представляют угрозу для людей в плане взаимоотношений пищевых цепей?

Тадеуш сосредоточился на своем чувстве влюбленности и попытался усилить мышцы спины. Контроль пока давался ему тяжело, но сила, которую он получил благодаря Лилии, была… невероятна.

— Скорей, они выживут человека старого образца путём смены поколений. Но ведь оно и к лучшему: генкрады усиливают все положительные качества человека, выбирая лучшее.

— Смелое заявление, но пока что только гипотетическое. Мой проект — 'сигма и разум', так что наличие антропогуро даст мне возможность иметь контрольную группу. Заодно изучим этот аспект их жизнедеятельности. Как считаешь?

— А что изучает твой проект? — спросила Лилия, глядя в глаза Тадеуша. Кажется, что-то в её глазах поменялось. Быть может, там теперь было какое-то странное умиротворение?

— Влияние близкого контакта с сигмой на человеческий разум. Причины изменений в психике магов и сигмафинов. Если получится, составлю и методы противодействия… А твой?

— А? — спросила она, будто резко очнувшись ото сна, — Мой?

Девушка вновь зашептала.

— Я уже много раз меняла тему своего проекта.

Затем громче:

— Это были искусственная плоть, замена органов, изучение приспособляемости генкрадов и наконец, мой последний и любимый проект. 'Стрела Амура'.

— Ну, судя по первому испытанию, результат положительный, — улыбнулся Сикора, продолжая нести девушку на руках и прикидывая, на каком они этаже, — Этот луч усиливает метаболизм того Гуро? А его сосуды выдерживают такие изменения?

— Я не кормила его, — пояснила Лилия, — Хотела посмотреть, сможет ли он перейти на фотосинтез. Смог.

— Хитрец, — хмыкнул Тадеуш, приподняв девушку так, чтобы ее личико будто бы случайно оказалось рядом с его шеей, — А какие у тебя дисциплины?

Лилия медленно скользнула рукой с шеи Тадеуша в его волосы.

— Ксенобиология, анатомия, хирургия, латынь, фармацевтика… и всякое такое.

— Тц, — расстроенно цыкнул поляк, — Мы почти не совпадаем по дисциплинам — я только на хирургии записаться собирался факультативно, а список у меня и без нее — жесть как она есть. Ты, как я понимаю, все свободное время внизу проводишь?

— Да я уже все данные собрала, мне только публикация осталась. Хочешь, запишусь на факультативы по твоим предметам?

— Тогда все твое свободное время, боюсь, успешно канет в Лету… Политология, богословие, социология и сигма-физика, — тоном приговоренного к смерти сообщил Тадеуш.

— Да, ничего, у меня уйма свободного времени! — успокоила его Лилия. Они, наконец, добрались до одного из нижних жилых этажей, — Мы почти пришли! Моя комната вон там.

До этого знаменательного момента Тадеуш Сикора искренне полагал, что у него в комнате беспорядок. Наблюдая первозданный Хаос, царивший в комнате Лилии Лумхольц, он усомнился в этом. Обнаружив же баллон с какими-то химикатами, небрежно выкатившийся из-под кровати, он внезапно осознал, что он педант, страдающий обсессивно-компульсивным расстройством.

От мыслей о собственном психическом состоянии он вспомнил про гораздо более важную деталь.

— Пани Лилия… — поляк заговорил совершенно серьезно, — Если я схвачусь за голову… или начну вести себя странно… бегите и не оглядывайтесь. На меня это не просто так одели, — Сикора коснулся ошейника, — Как окажетесь достаточно далеко, свяжитесь с пани Венченсо или пани Рейко и сообщите им мое местопребывание. Хорошо?

— Нет-нет-нет-нет, — замотала она головой, — Я этого не допущу.

— Пани Лилия, — Тадеуш крепко взял девушку за плечо, — Когда это случится, это уже буду не я. Что бы он вам ни говорил, не слушайте его. Я не прощу себе, если по моей вине он доберется и до тебя, пани Лилия. Обещай, что убежишь.

— Я просто введу тебе экспериментальный транквилизатор, — с какой-то безумно-веселой улыбкой ответила она, — Ты отрубишься и станешь совсем-совсем безобиден! В таком состоянии ты и муху не убьёшь, не то что меня!