Зеркало Души полностью

— Всё того же, что и сотни лет назад, но невообразимого ранее масштаба. Людей. Самой себя. Сигмы и ажиотажа вокруг неё. Влезания науки в те сферы, в которые она по определению лезть не должна. Набора бессмысленной и ненужной мощи, которую люди не умеют сдерживать, точнее — сдерживать своё желание ею попользоваться. Правительства, которое всем этим играет. Много чего. Пока нынешнее правительство у власти, всё это не изменить. Мы пытались, но… похоже, что на последний план было поставлено очень много. Всё. И произошло поражение. Я же остался жив и предал законы войны, чтобы… в действительности мне неизвестно почему. Может быть, я просто испугался. Наверное, я действительно проиграл, именно в самурайском смысле этого слова, хотя мог остаться на поле боя непобеждённым. Если бы я был уверен в том, что делал… Люди живут для счастья, а не для смерти или спасения мира. Таково слово Аматерасу.

Женщина покачала головой.

— Мощь не бывает бессмысленной. Сигма лечит болезни, которые раньше лечить было просто невозможно, а оружие достойной мощи уже спасло несколько городов от уничтожения.

Она кувыркнулась с дивана через голову и уселась рядом с Рю. Её рука плюхнулась на плечо парня.

— А если рассуждать твоими категориями, то впору вообще всех людей убивать, а?

— Кого убивать, решают стратеги. Я никогда не решал, — Рю сделал вид, что его очень интересует его планшет, — Такова концепция 'меча, дарующего жизнь'.

Он продемонстрировал иероглиф на своем правом запястье.

— Счастье для всех невозможно, потому что есть люди, которые не счастливы, пока они не причиняют страдания другим. И есть люди, которые запутались настолько, что их не переубедить, сколь истинные аргументы не приводи. Тогда появлялся я, чтобы остановить это. Лишь один раз умер не тот человек. Стратеги тоже ошибаются. Что же касается так называемых плюсов сигмы, то… мир запуган сигмой и её последствиями. Жить стало опаснее и неспокойнее, чем в века непрерывных войн, хотя никакой войны вроде бы нет… по-моему, тут явно что-то не так. И слово 'прогресс' это всё не перечёркивает. Лучше бы Японию уничтожили метеориты, но до того она хотя бы год прожила счастливо. А теперь сделан шаг в пропасть. И этот шаг зовётся 'сигма'. Она уже не контролируется людьми, она — сама по себе явление и существо, которое подобно тёмной ками пытается уничтожить человеческую природу. По сравнению с этим излечение болезней это ничто. Счастливые люди редко болеют, ведь в этом состоянии они приближаются к ками.

— Ой, не тупи, — ответила Мелисса, — Сигма существовала всегда. И знаешь…

Ладонь скользнула по татуировке Рю.

— Людям на самом деле немногое нужно для счастья. Всего лишь место, где они могли бы чувствовать себя в безопасности, и люди, с которыми им не нужно было бы следить за своими мыслями и словами… Хочешь ещё шоколадного молока?

— Неважно… — ответил зеленоволосый то ли Мелиссе, то ли своим мыслям, — Я всего этого уже не смогу сказать ни тем, кого я убил, ни тем, кто их не дождался домой, ни тем, кто пытался защитить меня в последнем бою. В действительности это вообще глупые слова, которые всегда выражают всё не так и не вовремя.

— Если ты не можешь сказать это им, скажи мне, — улыбнулась женщина, — Ведь я старше и мудрей. С кем, как не со мной ты можешь побеседовать?

Она похлопала его по плечу той рукой, что обнимала.

— Не парься. Если ты даже заплачешь, я никому не скажу. И знаешь, что? Это чушь, будто настоящие мужчины никогда не плачут. Никогда не плачут только неженки, не знавшие настоящей боли.

— У меня было три дня на то, чтобы выплакаться, — покачал головой Рю, — И я уже сказал все, что хотел. И всем, кому хотел.

— Ну, тогда ложись спать, — посоветовала наемница и, совершенно не стесняясь его, начала раздеваться.

Торопливо отвернувшись, Рю начал подыскивать подходящую с точки зрения безопасности точку комнаты.

— Ты что, на полу спать собрался? — удивленно спросила Мелисса.

— Учитывая Флору и то, что только на полу есть места, расположенные вне линий атаки через окна и дверь… — сказал Рю, стараясь не смотреть прямо на нее, — Именно там.

— Пфе, — презрительно ответила безопасница и игриво поморщилась, — Учитывая окна и Флору, как раз надо спать на кровати, иначе она не поверит, что мы муж и жена.

— Э… — зеленоволосый опять словно подавился словами, которые ещё даже не придумал, — Вообще-то, она не только чуть не поверила, но и сама предположила, что Акеми-сенсей моя жена, просто потому что мы оба оказались в зоне её видимости…

— Но ведь я не Акеми-сенсей, верно, — лукаво ответила Мелисса, — Или она видела вас с Акеми-сенсей в одной кровати?

— Ух… ладно… — сказал Рю, с мрачным видом подходя ближе. Дотронувшись до своего костюма, он вспомнил, что его недавно купали по полной программе, да ещё и с водными 'каруселями'… Положив планшет на кровать, Рю всё же разделся и постарался где-нибудь повесить или положить свой костюм так, чтобы он не оказался скомкан и хотя бы подсох до вменяемых кондиций. По-прежнему не глядя прямо на Мелиссу, зеленоволосый сел на кровать.