Заключенный Луженков был среднего роста, с незапоминающейся серой внешностью. На вид ему было лет пятьдесят, тогда как в краткой характеристике значилось, что ему сорок три года.
— Вы знаете, почему я согласился фотографироваться?
— Не знаю.
— Хочу пообщаться с нормальным человеком. Вам интересно послушать мою историю?
— Интересно.
Мужчина смотрел на Вадима исподлобья.
— Вам все равно, кого из «пожизненников» фотографировать?
— Если честно, да.
— Я не такой, как они! Меня толкнула на убийства луна!
Вадим пожал плечами — собственно, ему было все равно, какие у преступника мотивы, главное, чтобы он понес заслуженное наказание. Ему вспомнился недавний разговор с психологом Лерой.
— Пожалуйста, сядьте вполоборота ко мне, теперь чуть поверните голову.
— Вы мне не верите? Я убил жену Лизу и ее сестру — она была у нас в гостях. Пришел с работы, они сидели на кухне, громко смеялись. Я помыл руки в ванной, она у нас совмещена с туалетом, зашел в кухню, взял нож и воткнул его в сестру жены. Лиза бросилась к ней, глупая, — ей надо было бежать, я не хотел ее убивать, я ее любил! Не знаю, как нож оказался у нее в животе. Я ведь не хотел…
— На вас луна так подействовала? — равнодушно поинтересовался Вадим и попросил: — Теперь встаньте, пройдите вот туда.
— Было полнолуние, я пришел с работы поздно. Ее сестра часто у нас ночевала. Это я потом узнал, что виновата луна, — в момент полнолуния она имеет огромную силу! Это не моя выдумка — из телепередачи об этом узнал. У нас у каждого в камере телевизор, вечером включают на два-три часа. Три десятка кабельных каналов.
— Присядьте.
— Мне следаки приписали, что я был пьян! Я лишь сто пятьдесят грамм водки выпил — от такого количества спиртного мужик разве опьянеет? — Заключенный вопросительно уставился на Вадима, видимо, рассчитывая на его поддержку.
— Не знаю — я пью совсем мало. Спасибо, достаточно. Не забудьте пакет с передачей.
— Это луна проклятая виновата в том, что я здесь!
— Вам жену и ее сестру жалко?
— Конечно. Были бы они живы, меня бы тут не было!
Следующим был брюнет с короткой стрижкой, у него было смазливое лицо и наглый, оценивающий взгляд. Согласно характеристике он втирался в доверие к одиноким женщинам, затем убивал их с особой жестокостью и грабил. Доказанных эпизодов было четыре. Он использовал десяток вымышленных фамилий, а его настоящая была ему под стать — Байстрюченко.
— За наши фотки бабла срубишь солидно? — язвительно поинтересовался заключенный.
— Не так много, как хотелось бы, — пошутил Вадим.
— Может, пару монет подбросишь? А то печеньице, шоколадки… — Байстрюченко скривился.
— При всем моем желании, — а желания такого Вадим не имел, — не могу — это не по правилам.
«Герои» этой серии снимков внушали ему отвращение. Вадиму уже не терпелось закончить съемку. Решил, что в дальнейшем, если предлагаемый заказ придется ему не по душе, несмотря на проблемы с финансами, будет от него отказываться.
У капитана зазвонила мобилка, он отошел в сторону, быстро поговорил и вернулся.
— На сегодня с фотографированием закончим — продолжите завтра.
— Я рассчитывал сегодня вернуться домой, — запротестовал Вадим.
— На сегодня все! — Капитан был категоричен. — Приехал прокурор по надзору — я должен быть с ним!
— Как быть с аппаратурой? Здесь оставлять?
— Перенесем к психологам.
Дав в помощь Вадиму прапорщика и проинструктировав его, капитан убыл на встречу с прокурором. В комнате психологической разгрузки оказалась все та же психолог Лера.
— Никуда от меня вы не денетесь, — поздоровавшись, весело сказал Вадим. — Как говорится, если гора не идет к Магомету…
— Вы считаете меня горой?
— С вашей-то фигурой?
Прапорщику надо было срочно отлучиться минут на десять, и он попросил Вадима дождаться его, никуда отсюда не уходить.
— Сегодня ощущается какая-то суматоха. Неужели из-за приезда прокурора? Или это страшная военная тайна? — Вадим сел в мягкое кресло, почти новое, так что вряд ли им часто пользовались.
Лера усмехнулась:
— Посещение прокурора — дело привычное. Тюрьма — учреждение консервативное, и вызвать тут суматоху крайне трудно, хотя бывает, но значительно реже, чем показывают в художественных фильмах или пишут в детективах. Но вы правы, и в самом деле произошло неординарное событие — серийный убийца Ткач стал на время звездой телеэкрана. Он не только женился — такое с «пожизненниками» редко, но случается, он стал отцом!
— Вы шутите?! — Вадим вздрогнул, вспомнив, что писали об этом безжалостном убийце, насиловавшем и убивавшем с особой жестокостью на протяжении четверти века. По количеству жертв он уступил только Оноприенко, хотя, возможно, не все о его «охоте» досконально известно.
— Нашлась взбалмошная юная особа, влюбившаяся в монстра-убийцу, который старше ее на сорок лет, увидев его по телевизору. Приезжала к нему на свидания, в результате они расписалась, она родила.
— Вам как психологу этот случай неинтересен?
