При дневном свете зал Фрэйни уже не казался таким мрачным. Высота сводов не позволяла разглядеть паутину, а в некоторых окнах еще сохранились витражи, и на пол ложилась многоцветная радуга. В огромном очаге, куда на День Пророка наверняка помещалось целое бревно, уже горел огонь. Пахло тем самым странным иноземным напитком.
Выбравшись из-под одеяла, Джинджер переступила через спящую Фриду и подошла к огню.
— Вы когда-нибудь спите?
ГэльСиньяк обернулся и тепло улыбнулся.
— Годы самоотречения — отличная тренировка. Кто-то же должен был присматривать за огнем.
Джинджер присела на резную скамеечку для ног, обхватив колени руками.
— Самоотречение? Вы были…
— Священником. Королевским Экспертом, — Ноэль, обернув краем плаща руку, снял котелок с огня.
— И вы охотились на ведьм?
— Я был Королевским Экспертом.
— Это значит «да» или «нет»? — поинтересовалась Джинджер.
— Это значит «по-всякому». С чего, госпожа Элиза, вам вздумалось меня расспрашивать?
— Вы меня интригуете, — честно призналась юная ведьма.
— Как и все вы меня, — ГэльСиньяк протянул ей кружку. — Я добавил мед и немного мускатного ореха. Попробуйте.
Горечь, смешанная со сладостью, оставляла странный вкус на губах. Странный, но приятный. Джинджер перехватила улыбающийся взгляд имперца и поспешила вплотную заняться своим фрианкаром. С ума сойти! Она завтракает в компании дознавателя! Впрочем, другая ведьма приходится этому дознавателю женой, так что в мире полным полно странных вещей.
Кстати, о завтраке.
— Интересно, распространяются ли чудеса на кладовую? — ГэльСиньяк протянул девушку кусок подсохшей лепешки, обильно политый медом. — Овес в конюшнях сыскался.
— Я знаю сыры, которым десятилетия выдержки только идут на пользу, — Адмар почти бесшумно, потягиваясь вышел к очагу. — Да уж, с припасами у нас худо… и одежда…
Адмар изучил свой дублет.
— Мне в этом еще в Каэлэд возвращаться. Да и госпоже Элизе не мешало бы переодеться во что-то более….
— Благопристойное? — невинно предположила Джинджер.
— Теплое, госпожа Элиза, — укоризненно ответил Адмар. — В сундуках моей матери и ее дам наверняка сыщется что-то для вас и леди Шеллоу.
Забота Адмара, похоже, распространялась на всех гостей. Этак он еще и Бенжамина приоденет с иголочки. Джинджер фыркнула и продолжила завтрак, демонстрируя (как она надеялась) полное безразличие.
Члены маленького отряда медленно подтягивались к огню, разминая затекшие от сна на жестких лавках мышцы. Разговоры становились громче. Где-то слева Бенжамин пытался ругаться с Фридой, которую чашка крепкого фрианкара волновала куда больше самочувствия леди Беатрисы. Бенжамин горячился, что было, конечно же, совершенно бесполезно. Имперка только фыркала негромко и, похоже, ни слова его упреков не слышала. Адмар и ГэльСиньяк обсуждали что-то вполголоса, развернув на столе свои карты. Самое время, подумала Джинджер, воспользоваться любезным предложением.
Ведьмы, если задуматься, были забавно устроены. Помимо перстня и возвышенного одиночества (по крайней мере, изрядной дистанции) они нуждались в панцире. Нужно было платье, желательно черное, из тяжелого шелка, что, конечно, совсем не по капризной калладской погоде. Церковь порицала женщин, надевающих мужскую одежду, во многом куда более удобную. Казалось бы, отличный находился повод подразнить гусей. Так нет же! Ведьмы упорно рядились в свои черные платья в пол, и заглядывались помаленьку на привнесенные королевой Мирабель моды на корсеты и пышные платья на каркасах со множеством нижних юбок. При здравом размышлении это казалось забавным.
Поднявшись на второй этаж, молодая ведьма мельком изучила помещения. Потом пошла выше. Здесь комнаты были меньше, зато обставлялись с куда большим тщанием. Сундуки, как и положено в сказках о зачарованных замках, были полны дорогих платьев, и в один из таких ларей Джинджер зарылась по пояс.
Это, если задуматься, походило на воровство, хотя владелицы пышных нарядов давно уже были мертвы. Джинджер приложила к себе одно из платьев. Так могла бы выглядеть мать Адмара. Если, конечно, у нее были истрепанные пегие волосы, куда короче, чем это прилично. Джинджер со вздохом отложила платье в сторону. Слишком роскошное. Найти бы что попроще.
Наконец она остановилась на скромном блио небесно-голубого оттенка. Под него нашлись две сорочки и шерстяные чулки. Сапоги у Джинджер были свои, и девушка поблагодарила мысленно столичных обувщиков. Подметки и набойки были, как новенькие.
Переодевшись, Джинджер подумала немного и обернула голову сине-голубым шарфом. Женщина, которую отразило огромное дорогое зеркало, даже могла бы сойти за даму. Джинджер расправила юбку.
О чем ты думаешь, сестра? Прекрати немедленно эти глупости!
Тем не менее, юная ведьма позволила себе маленькую слабость: выглядеть красивой знатной дамой. По крайней мере, в эту минуту. По крайней мере, для себя самой. Подобрав длинный подол блио, она пошла вниз. Была затаенная надежда сразить всех наповал.