Она бы попробовала пристать сама, но рана в плече у Рида воспалилась, и сейчас ему рукой даже двигать было неприятно. А первая ночь… о, эта романтика и лирика. Он, она, кровать – и перевязки. Если кому надо садо-мазо, то вы пришли по адресу. А Матильде не хотелось, чтобы муж в постели с ней стонал от боли в плече. Ладно. Рана заживает, а что побаливает и температура немного повышается, зато она чистая. С остальным разберемся.
Плюс еще – репутация. Пока официальной свадьбы не было – низзя. И точка. Малена беспокоилась, как так, два раза и венчаться, но архон Реонар махнул рукой. И заверил, что два раза – это не грех. Вот когда ни одного, это намного хуже. И вообще, вам грехи по блату отпустят. А с богами он лично договорится, он старше, так что имеет все шансы попасть к ним на прием раньше Марии-Элены. Составляйте список, вопросы решим.
Матильде архон понравился еще больше после этого заявления. Свадьба была назначена через десять дней, и она упоенно подбирала одежду. Надо было сделать так, чтобы и вовсе уж страхозавром не оказаться, и Дилеру не раздражать, при дворе и так красавиц поубавилось. Ту же Сорийскую в монастырь отправили, к ней еще какую-то Лофрейнскую, и…
Мария-Элена и половины не знала, но матушка Эралин была счастлива. Она даже упущенное Домбрийское герцогство простила и говорила, что всегда будет поддерживать милую Малену. Флюгер рядом с матушкой-настоятельницей заметно проигрывал в скорости поворота.
Графиня Элинор переживала, как же так, ее Малечка и вдруг плохо выглядит, но Малена махнула рукой. Проще не раздражать королеву. Потом уж можно постепенно меняться. Главное – Рид ее любит в самом жутком виде. А красотками они будут на свадьбе с Давидом, там ей отвертеться не дадут.
Что ж, пора во дворец. Работа такая, называется статс-дама. А еще – психоаналитик, подруга, горничная, сторожевая собака… не пора ли попросить за вредность молоко? Пол-литра на каждый день? Или литр?
Матильда прикидывала фасон, сидя во дворце, в музыкальной комнате. Ее величество наигрывала какую-то мелодию на клавесине, Ардонские – все три дамы вдохновенно слушали, как ни странно они Дилеру не раздражали. Наверное потому, что она знала историю знакомства Марии-Элены и семьи Ардонских, и искренне сочувствовала девушке. Больше пока никого не отобрали из фрейлин, но это было делом времени.
Дилера резко опустила пальцы на клавиши, клавесин обиженно звякнул.
– Выйдите все. Малена, останься.
Дамы послушно потянулись к выходу, шурша разноцветными юбками. Дилера прошлась по комнате, хрустнула пальцами…
– Малена, нам надо поговорить.
– Слушаю, ваше вел…
– Дилера. Ты помнишь, наедине – Дилера.
Благодарность – извечное качество благородного человека. Только быдло забывает оказанные им услуги, а человек благородный всегда старается отплатить добром за добро.
– Да, Дилера?
– Ты хочешь за него замуж?
– Я его люблю, – просто сказала Матильда. – Как ты – Найджела. Может, и не лучший это мужчина в мире, да сердце из груди не вырвать.
Дилера опустила глаза.
– Сегодня во дворец приехала Шарлиз Ролейнская.
– Это кто? – Матильда отродясь не знала, кто это и что это. Может, местная юродивая?
– Это невеста маркиза Торнейского. Одновременно было договорено о наших браках. Союз с Эларом, с Саларином…
Матильда… нет, она не была оглушена. Но и как на это реагировать – не знала.
Будь ты хоть трижды влюблена, хоть четырежды уверена в своем избраннике, но в глубине сознания иногда нет-нет, да мелькнет гадкая мысль.
А вдруг?
Дилера сочувственно вздохнула.
– Может, тебе с ней поговорить?
– Я подумаю, – кивнула Матильда. – Благодарю, я подумаю.
Дилера не стала настаивать. Вернулись Ардонские, и Матильда вновь застыла над рисунком. Но никто бы не догадался, что со стороны между двумя девушками идет оживленная беседа.
Теперь в растерянности оказалась уже Малена. Матильде сказали о приезде гипотетической, но соперницы, а ей – наплевать? Что происходит?
Матильда улыбнулась.
Малена от души рассмеялась, благо, разговор между девушками никто не слышал.
