– Ваше высочество, это герцогесса Домбрийская. Мы надеемся, что она составит вам компанию на этот вечер.
Дилера бросила на Матильду нечитаемый взгляд.
– Благодарю вас, ваше высочество.
Найджел улыбнулся и испарился. Матильда вздохнула, и ринулась в бой.
– Умоляю ваше высочество не обращать на меня внимания. Если я вам неугодна, я молча постою за вашим плечом, таким образом и приказ его высочества будет выполнен, и вы не понесете ущерба от лицезрения моей внешности.
Дилера улыбнулась краешком губ.
– Вы так смело об этом говорите, герцогесса.
– Что в этом такого, ваше высочество? Некрасива, да. Зато богата, а это в наше время ценится гораздо выше, чем шикарная фигурка бесприданницы.
– Но никто не мешает мужчинам жениться на нас, и заводить любовниц.
Угу. Уже – на нас. Уже не враги, а сообщество дурнушек. Это радует.
– Ваше высочество, боги не кладут все дары в одну копилку. И потом – я не хочу быть неблагодарной. Я жива и здорова, мои близкие живы и здоровы, у меня есть деньги и титул – разве этого мало?
– Иногда – мало, – вздохнула Дилера. Но задумалась.
Его высочество кружился в танце с шикарной блондинкой. Матильда отметила, что у парочки явно близкие отношения. Так прижиматься… она бы еще на публике ему в штаны полезла.
– Интересно, кто это? – задумчиво спросила Дилера.
– Я сейчас спрошу у лакея, ваше высочество, – Матильда так и поступила, благо, слуги далеко не отходили от важной гостьи. – Леди Френсис Сорийская.
– Ах, вот оно что… – заметно огорчилась Дилера.
О том, как его высочество уединялся во время бала с этой леди, Матильда знала. Дилера, надо полагать тоже, если у нее уши есть, надо отвлекать, так что Матильда невежливо фыркнула.
– Ваше высочество, разве придворная пепельница достойна вашего внимания?
– Пепельница?
– Ну… в нее же все свой… пепел стряхивают, – развела руками Матильда.
Дилера сморщила нос.
– Герцогесса, разве можно приказать сердцу?
У, как все плохо. А девочка-то втрескалась в нашего прЫнца по самые ушки и рожки. Зря она, но сердцу не прикажешь. Зато мозгу – можно.
– Сердцу нельзя, ваше высочество. Но разум может объяснить сердцу, что есть те, к кому стоит ревновать, а есть те, к кому ревновать не стоит.
– Вот как? Поясните свою мысль, герцогесса?
Принцесса заинтересовалась, и Матильда поспешила развить преимущество, вспоминая читанную некогда книгу.
– Ваше высочество, рано или поздно я выйду замуж. Не по любви, какая уж любовь в династических браках? Моего мужа определит его величество. И я постараюсь стать ему – второй половинкой. Другом, соратницей, матерью его детей. Той, к которой он будет возвращаться.
– А… пепельницы?
– Пусть. Если они не затронут ни ума, ни души, а только тело, я стерплю, ваше высочество. Стоит ли ревновать мужа к коврику у кровати? Муж ведь на него наступать будет…
– Завидую вам, герцогесса. У вас все так просто.
– У меня нет другого выхода, ваше высочество. Если мой муж пожелает себе завести хомячков – я ревновать не стану.
– Хомячков?
– Ну да. Пушистых, милых, безмозглых тварей, которых можно любить и гладить… но разве я стану равнять себя с хомячком? Или ревновать к ним?
Дилера еще раз оглядела леди Френсис.
– Она не похожа на хомячка.
– Зато на розовую капусту – очень. Только перевернутую.[18]
Дилера от души рассмеялась, глядя на леди Френсис.
– Ваша правда, герцогесса.
– И так хочется в нее потыкать вилкой, ваше высочество… особенно в области бантов?
Самый большой бант (розовый, конечно) у леди Френсис находился в области тыла и чуть пониже талии. Ее высочество невежливо махнула рукой на герцогессу, продолжая смеяться.
– Я рада нашему знакомству, Мария-Элена.
– Я тоже рада, ваше высочество.
– Надеюсь, вы составите мне компанию на балу?
– Ваше высочество, своей милостью вы спасете меня от кучи плотоядных… эээ… приданноядных.
– А вот эта дама похожа на хорька, во-он там, у стены, левее гобелена с фиолетовой дамой, – Матильда продолжала отвлекать Дилеру Эларскую.
Жалко девчонку. Росла, похоже, в хорошей семье, а попала в гадюшник. Шипят, смеются, издеваются…
Конечно, с Дилерой приехали и ее дамы, но их всех растащили кого танцевать, кого сплетничать, кого на цветы посмотреть – Найджел позаботился. Дураком его не назовешь – на что-то и он способен. К примеру, оставить принцессу одну, а потом подсунуть ей «своего» человека. Просчитался Найджел лишь в одном.
Девушек было двое, и обеим искренне было жалко эларскую принцессу. Так что Матильда припомнила сказки родного мира, и принялась пересказывать принцессе все те же «Не родись красивой», только адаптируя к современной действительности. Купец, торговая компания, сын-преемник, дочь другого компаньона, страшилка-служанка…
Как только не приходится извращаться ради торжества справедливости?
Дилера слушала с интересом. Все же близкая тема, да и подавалась по принципу: «ваше высочество, чего только в жизни не случается…»
Велика сила кинематографа.
