Как только публика выполнила пожелания графа и нервное хихиканье женщин затихло, Калиостро сообщил, что ему требуется доброволец для первого эксперимента. Вызвалась мадам Полиньяк. Она с усмешкой вышла вперед и села на предложенный стул. Калиостро встал за ее спиной и с театральным драматизмом снял с шеи «Медузу». (Маркиз был уверен, что граф увеличил свой рост, прикрепив к ботинкам высокие платформы.) Вытянув руку, Калиостро начал раскачивать амулет в воздухе. Пока остальные зрители молча наблюдали за сеансом, граф велел юной Полиньяк слушать только его голос и смотреть на медальон, который он медленно покачивал вперед и назад, вперед и назад. Сант-Анджело видел сходное представление в венских салонах Франца Месмера. Через несколько минут женщина оказалась под властью гипнотизера.
— Вы в глубоком сне, — произнес Калиостро. — В глубоком и приятном сне. Когда я скажу вам проснуться, вы очнетесь от дремы, подойдете к самому пожилому мужчине в комнате и поцелуете его.
Поначалу маркиз не верил, что сеанс удастся. Но когда герцогиня вышла из транса, она осмотрелась по сторонам, не понимая, что происходит, затем быстро направилась к пожилому горожанину высокого звания — дальнему родственнику Габсбургов — обвила руками его шею и поцеловала в губы. Все присутствующие рассмеялись, и мадам Полиньяк, покраснев от стыда, отступила на шаг. Старик игриво потянулся к ней, надеясь вырвать новый поцелуй, но Калиостро вызвал его к себе. Мужчина сел на стул, который прежде занимала герцогиня. Граф, используя свои чары, быстро ввел его в гипнотическое состояние.
— Проснувшись, вы выполните мой приказ, — сказал он. — Каждый раз, услышав, как ее величество начинает играть припев к «C’est Mon Ami», вы будете вставать на одну ногу и кукарекать, будто петух.
Гостиную наполнил приглушенный смех, и Калиостро поднял палец, призывая гостей сохранять тишину. Пробудив пожилого мужчину, он печально произнес:
— Увы, но ваша воля слишком сильна для меня.
— Жаль, что я не предупредил вас об этом заранее, — гордо ответил старик. — Тогда бы вам не пришлось так конфузиться.
— Мне не удалось преодолеть защиту вашего разума, — еще печальнее сказал Калиостро. — Она непроницаема!
В этот момент королева села за клавесин и начала играть припев к песне «Мой друг». Горожанин, не успев вернуться к своему креслу, вдруг поднял одну ногу и фальцетом прокричал: «Кукареку!» Он так удивился своей реакции (непозволительная выходка в присутствии королевы), что плюхнулся, красный, как рак, на диван.
Маркиз знал, что будет дальше. Граф собирался ввести в транс всю публику одновременно. В случае успеха он оставил бы какое-то доказательство своих достижений — например, заставил бы загипнотизированных людей снять и спрятать куда-нибудь обувь. В подобных случаях Месмер принуждал зрителей обмениваться драгоценными украшениями. На первый взгляд все казалось забавной игрой, но Сант-Анджело знал, что успех сеанса зависел от добровольного подчинения несгибаемой воле гипнотизера каждого человека, присутствовавшего в комнате — феномен, который легко распространялся в небольшой аудитории.
Граф действительно попросил всех расслабиться и следовать его инструкциям. Маркиз притворно поддался. Подчиняясь указаниям, он закрыл глаза, затем медленно склонил голову вперед. Его руки покоились на коленях, а мысли, словно шпага, были направлены на Калиостро. В голосе графа послышались недоуменные нотки. Сант-Анджело приоткрыл глаза и в полумраке увидел, что Калиостро пристально рассматривал его.
«Да, я знаю каждый твой трюк», — подумал Сант-Анджело. И в его уме, словно молния, вспыхнула чужая мысль: «Каждый трюк? Вы уверены?»
Маркиз от изумления отпрянул к спинке кресла. Он не ожидал, что этот самозваный граф имел такую силу. До сих пор Сант-Анджело наивно полагал, что подобными способностями обладал только он сам. Маркиз не верил в древних египтян и масонов, у которых якобы обучался Калиостро. Но графу известны великие секреты. Знания, которые Сант-Анджело почерпнул из древней стрегерии сицилийских ведьм, Калиостро мог получить от коптских жрецов. Пока остальные люди в комнате находились в состоянии транса — их головы опущены, а руки безвольно свисали по бокам, — маркиз и его соперник пребывали в полном сознании, фокусируя магическую мощь друг на друге.
«Значит, вы, мой друг, решили бросить вызов неодолимой силе фараонов?»
