Она так устала, что ей трудно было понять его, поднять руку, вяло лежавшую на коленях, но она все же подняла ее и протянула к нему вверх ладонью — жестом союза. И уже не содрогнулась, даже мысленно, когда он крепко сжал ее пальцы.
— Раски и Юрт — свобода обоим!
— Правильно! — сказал голос в ее мозгу. Теперь он прозвучал сильнее и радостней. Жизнь возвращалась.
Ларец стоял на середине стола. Джессон Робинс повернул его к свету: 18 дюймов пожелтевшей от времени слоновой кости сверкали, как полированное дерево.
— Может быть, это только воображение, — подумала Талахасси, — но этот предмет имеет какое-то… — Она подыскивала правильное слово и тут же поняла, что не скажет его вслух, — …очарование. Ларец раскрывался с четырех сторон. Даже не дотрагиваясь, Талахасси видела, что в слоновую кость вкраплено чистое мягкое золото древних времен.
— Ну, — сказал, наклоняясь вперед, седой мужчина, по-видимому, работающий здесь, — можете вы разъяснить нам, что это такое, мисс Митфорд?
Талахасси с трудом оторвала взгляд от ларца.
— Не знаю, — призналась она, — здесь есть элементы африканского рисунка. Смотрите. — Она показала пальцем на изогнутую золотую полосу на крышке, похожую на извивающуюся змею. Правда, у нее не было змеиной головы — полоса драгоценного металла напоминала также стилизованный охотничий нож. — Это действительно составляет две известные эмблемы древнего королевства. Эмблема на верхней части — «плуг», который, как мы полагаем, носили правители Мерсе. А эта отметина скорее всего позднейшего периода, — символизирующая лезвие меча в форме змеи. Однако, никогда я не видела, чтобы меч и змея были соединены. Династия Мерсе многое заимствовала у Египта, а там змея была знаком королевского достоинства и обычно составляла часть короны.
— Здесь, — ее палец двигался по кругам, изображенным на стенах ларца, — опять символы. Они очень близки к золотым значкам, которые носили «омывающие» Ашанти — королевские слуги, обязанные оберегать от осквернения злом. Тут представлены символы двух, а может, и трех народов африканской истории, и, несомненно, это очень древняя вещь.
— Значит, вы считаете, что это достойно музея? — настаивал человек, представившийся Джессону как Роджер Ней. Он говорил нетерпеливо, словно хотел во что бы то ни стало добиться у нее ответа. Эта его манера говорить вызывала у Талахасси желание спорить.
— Мистер Ней, я студентка, присланная сюда помочь в составлении каталога коллекции Девиса Брука. Есть множество тестов, чтобы установить время изготовления этой вещи, но прежде всего необходимо определенное оборудование. Я могу сказать только, что это произведение искусства… — Помолчав, она спросила: — Вы видели жезл в коллекции Брука?
— При чем тут он? Или вы хотите сказать, — Ней указал на ларец, — что это может быть частью той коллекции?
— Даже если и так, — осторожно ответила Талахасси, — он не был включен в официальные таможенные списки. Но… — Талахасси покачала головой, — вам не нужны догадки, вы ждете определенного ответа. Сегодня вечером приезжает доктор Румэн Кэри изучать коллекцию. Я советую вам встретиться с ним и показать ларец. Он крупнейший специалист по искусству Судана.
— Ты уверена, что это суданское искусство? — спросил Джессон.
Талахасси пожала плечами.
— Я ни в чем не могу быть уверенной. Я могу сказать только, что вещь эта очень древняя. Родиной ее я считаю Африку. Но такого сочетания символов я никогда не видела. Если бы я могла… — Она протянула руку к ларцу, но руки Нея метнулись с быстротой молнии и крепко схватили ее за запястье.
Талахасси изумленно взглянула на Нея.
— Ты не знаешь, — быстро заговорил Джессон, боясь, что она взорвется, как это случилось, когда они были еще детьми, — эта штука горячая!
— Горячая?
— Она излучает какую-то форму энергии. В сущности, поэтому ее и нашли. Это была чистая случайность. — Он отпустил ее руку.
— Один из наших рабочих поехал в аэропорт, чтобы положить в камеру хранения инструменты. У него был счетчик Гейгера, который вдруг начал щелкать. Рабочий быстро установил, что источник радиации находится в соседней камере. Он вызвал меня. Мы взяли в порту ключ от этой камеры. Внутри была только эта вещь.
— Радиоактивная… — пробормотала Талахасси. — Но каким образом…
Ней покачал головой.
— Это не энергия расщепленного атома, хотя счетчик и указал на нее. Это что-то новое. Парни из лаборатории не замедлят узнать, в чем тут дело. Они разберут ларец.
— Я не позволю! — Талахасси возмутил вандализм экспериментаторов. — Ларец уникален. Его хоть открывали?
Ней покачал головой.
— Здесь нет запора. И, похоже, лучше эту шкатулку не трогать до тех пор, пока не узнаем, с чем имеем дело. Лучше скажите-ка, что это за жезл, о котором вы упомянули? Что это такое и где его нашли?
