Ярослав дал шпоры Казбеку и через минуту возглавил колонну всадников. К нему присоединились Борода, Шведов и командир всадников Карий. Нелей находился в полутора десятке метров левее колонны, оседлав не безызвестного молодого хумма — Тага. В полном вооружении возглавлял порученный отряд разведчиков и ожидая приказа вступить в бой. Ярослав в последний раз окинул взглядом поле битвы и построение врага. Чувства переполнялись не столько в предчувствии боя, но и сознанием близости старых врагов, которым он когда–то пообещал отомстить за избиение людей в Новом Нидаме. Мало знакомая ярость наполняла сердце, когда за ровными рядами врагов видел силуэт красного колдуна. Знакомые штандарты племён вуоксов, он запомнил ещё тогда в лесах севера. Размалёванный яркими зелёными и белыми красками дракон, закреплённый на высоком шесте. Покрытый разноцветными перьями ящер–рагнар — тотем племени Ур. Лесной бык — Зорг, коричневый, шерстистый тотем — племени Шу. Какой тотем какому племени принадлежит, когда–то поведал Уир — его вуокс. Сейчас Ярослав как никогда жаждал боя и мести. Он подал знак рукой и разведчик отрепетировал значком приказ колесничим начинать атаку. Сам обратился к Борису:
— Борода, разверни знамя.
Тот подал знак и ему передали тщательно упакованный свёрток. Дёрнул тесьму узлов, скинул чехол и уже через секунду над головами затрепетало, усыпанное золотыми лилиями, белое полотнище с чёрным двуглавым орлом — священная орифлама Ярослава.
Усталые колесницы пронеслись мимо, поднимая облако пыли, скрывая в своей завесе построение всадников. Как только боевые повозки прошли половину пути до цели, Ярослав взмахнул рукой.
— Вперёд!
Дал шпоры Казбеку. И в тот же миг со стороны противника раздался треск, нечто вроде глухого грома и в небо взмыл первый болид, провисел несколько секунд в небе, упал и со страшным грохотом разорвался посреди атакующих колесниц. Кони с испугу ринулись в стороны, но сорвать стремительный бег не удалось…
— Вперёд! — ещё яростнее прокричал Ярослав, понуждая ближайших спутников перевести лошадей с шага на рысь.
Рагнарок увидел тотем амрита в момент, когда, подымая столбы пыли, колесницы устремили свой бег на ряды его каргов. Огромное золотистое полотнище с изображением тотема — двухголовой чёрной птицы. Черты его можно заметить даже со столь значительного расстояния. Рагнарок взревел как ящер при виде обречённой на смерть сильной жертвы, и, обращаясь к ближайшим товарищам каргам глухо рыкнул.
— Вот тот амрит, ради которого мы все здесь стоим. Отомстим за смерть наших братьев. Идите и принесите мне его голову.
Карги личной дружины Дхоу взревели, подражая вождю, воздели копья и бросились бегом на левый фланг, где по всем признакам инурги намеревались нанести главный удар.
Затем Рагнарок взглянул на вождей племён Шу и By, чьи карги занимали место далее вправо ближе к стенам города. По выражению их морд, Рагнарок заметил явную растерянность. Колесничие инухаи осыпали стрелами ряды вуоксов и многие нашли цель. В свою очередь, стрелы каргов находили место, но застревали в попонах коней или щитах возниц. Колесничие ловко защищали себя и возницу большими щитами, успевая одновременно метать стрелы. Но даже если пропускали — тяжёлые доспехи спасали инухаев.
На левом фланге явно нечто замышлялось и Рагнарок грубым рёвом привёл остолбенелых вождей в чувство.
— Чего вы ждёте?! Пошлите своих каргов вслед за моими, разве не видите, инухаи желают нас обойти.
Шашур и Каранг опомнились, зарычали, отдавая приказания и ударами могучих кулаков, понуждая вуоксов к действиям. Но оказалось немного поздно, только карги By успели к месту основной схватки, когда яростно трубящие хумму, как таран вломились в ряды вуоксов на участке рассеянного строя, предназначенного для охранения от подобных атак. Стремясь не попасть под бивни озверелых животных, они поступили единственно верно, будто хумма обычная колесница и его следует пропустить сквозь строй, ударяя копьями и стрелами в бока и спину. Карги — смелые и опытные воины, но дело пошло как–то не так. Хумма не желали подобно колеснице прорезать строй, они затеяли иную игру, — перебить каргов, переколоть их копьями и бивнями. Поневоле пришлось уворачиваться, отступать всё дальше и дальше.
Рагнарок обратил взор к Зардаку. Красномордый шаман уже выпустил несколько смертоносных огненных шаров в сторону атакующих колесниц, но успех имел ограниченный. В одной упряжке лошади испугались грохота разрыва и понесли. Другую перевернуло, но возничие быстро вернули повозку в боевое состояние, продолжив бег. Несмотря на численность, начало боя складывалось для вуоксов крайне опасно. Рагнарок в отличие от остальных вождей быстро осознал угрозу и решил приложить все усилия для избежания, если не поражения, то хотя бы полного разгрома.
Первое, что пришло на ум молодому Дхоу — перебросить на левый край как можно больше воинов, что Шанур и Каранг в меру возможности уже сделали. Второе — перенацелить Зардака с колесниц на хумма и инухаев–всадников. Он злобным рыком отдал приказ своему сыну Нуру:
