Девушка задумалась, и Мирдан терпеливо стал ждать дальнейших её слов. Он прекрасно понимал, что ей как царской дочери не так просто решиться оставить уютный родительский дворец и плыть в неизвестность, пусть даже с любимым человеком, и не торопил её с ответом.
Марин тоже молчал. Он прожил нелёгкую, полную опасностей жизнь, понимал, какой груз ответственности ложится на Мирдана и готов был вместе с ним разделить все невзгоды и заботы о юной Милане. Но он так же хорошо знал, что Мирдан прошёл хорошую жизненную школу, закалившую его волю, и что теперь он найдёт выход из любой трудной ситуации и с честью выйдет из неё.
Прошло довольно много времени, и молчание начало тяготить Мирдана.
Милана почувствовала это и спросила:
– Мирдан, ты расскажешь мне про своего учителя?
Юноша удивился такому её вопросу и внимательно посмотрел Милане в глаза.
– Непременно, дорогая, не только расскажу. Мы обязательно пригласим его самого вместе с женой, дочерью и тестем погостить в нашем новом доме на сказочном острове.
– А как скоро мы отправимся искать наш сказочный остров?
Мирдан подумал и ответил:
– Будучи маленьким, я жил в одной из бургобошских семей и слышал, как старый отец хозяина дома сказал своему сыну: «Если хочешь быть успешным в серьёзном начинании – приступай к нему в день нарождения новой луны». Я не помню лица того человека, но слова его запомнил на всю жизнь…
Ровно через неделю после этого разговора Марин и Мирдан уладили свои дела на берегу, попрощались с Их Величествами и семьей Гонтаря и пообещали им вскоре вернуться и непременно навестить.
Гонтарь с Ликеей и детьми приехали в день отплытия «Геллы» и «Морской королевы» в порт и тепло простились с нашими героями. Потом они махали им рукой с причала до тех пор, пока можно было различить силуэты стоящих на палубе людей.
Горожане, находившиеся в тот час в порту, обратили внимание на запряжённую парой великолепных лошадей без опознавательных вензелей карету, стоящую в стороне от провожающих с плотно завешенными шёлковыми шторками окнами. После отплытия «Геллы» и «Морской королевы» карета, поднимая клубы дорожной пыли, умчалась в сторону Благрада.
Досужие языки потом утверждали, что, когда царевна вместе с мужем поднималась по сходням на «Морскую королеву», одна из шторок окна кареты приоткрылась, и в выглянувшем из-за неё женском лице кто-то даже узнал царицу. Но досужие языки потому и досужие, что судачат по любому поводу всяк на свой лад.
